— Все это кажется кошмарным сном, — заметил сановный монах
— Но никто не спит здесь, — ответил ему ландкомтур, — и никто не спал, отправляясь с разведкой в черный туман.
— Это да, — согласился монах.
— Какое решение мы примем? Будем голосовать?
Орден и местный светский совет проголосовали единогласно за то, чтобы Эрта сделала их безумными ангелами смерти. И теперь они совещались, пытаясь решить, как сообщить рядовым войскам, что от них требуется. А Ульрих собирался с мыслями, чтобы сообщить им, что человек, которому они должны довериться — женщина, и какая именно.
Но, это задача была уже чуть менее трудной, чем та, что осталась позади.
— Мгновения Ульриха —
Когда все вопросы были решены, он нашел Эрту, и передал ей содержание совещания.
— Ты обманул их, — возмутилась она, — Я не ангел. И они не будут архангелами. И мне нужно — добровольное согласие каждого человека отдельно. Не по приказу.
— Я не обманывал, — возмутился он, — Я перефразировал в возможную для объяснения форму…
— Я не знаю, имею ли я право…
— Я' знаю.
Я хочу спасти свой мир. Твое право — и мое право тоже. Или оба наших права примут одно решение или у тебя не будет больше никаких прав на этот мир. У нас так не принято. У нас то, что нужно командиру — желают подчиненные. Им объяснят, что для того, чтобы выиграть эту войну, нужно будет подчиниться тебе, они будут к этому готовы. И уверяю тебя, боевой дух и воля к победе у них будут отличными.
— Ульрих, ты помнишь, что ощущал, когда я была в тебе?
— Когда это? Я помню только что ощущал, когда я был в тебе.
— Если ты расчитываешь, что я засмущаюсь и убегу от этого разговора, то не надейся. Меня трудно смутить. Что ты помнишь о тумане?
— Почти ничего. До того, как ты появилась и я его увидел. А потом, ты заперла меня где-то и мне это сильно не понравилось. Я попытался тебя изгнать. А потом ты стала обращать меня в бегство. Я никогда не бегал из боя.
И меня это взбесило. А больше я ничего не помню. Я пытался тебя выгнать, но мне что-то мешало. Это же была ты?
— Это был ты.
— Я? — поразился Ульрих.
— Другой ты.
— ?! — онемев, изумился он…
— Сейчас ты знаешь почти все о моих возможностях, — начала говорить Эрта.
— Почти? — перебил он ее."
"— Дай мне закончить. Так вот, то, чего ты не знаешь — я могу чувствовать чувства других, как бы подслушивать. Издалека.
