Пока ее сознание отвечало на его вопросы, ее подсознание наслаждалось ощущениями любопытства, покоя и безмятежности, получаемыми ею от его присутствия.
Эмоциональный туман прогнало его убеждение:
— Я в тебя верю.
И оно заставило ее снова поверить в себя.
Он предлагал ей свой дом, и она согласилась. Но, надо было ехать к Мэннингу за своими вещами. О своей недавней семье она больше не беспокоилась. Потому что уже знала, что если Ульрих принимает серьезное решение, то оно может быть тверже даже ее собственного.
Потом она снова оказалась в его объятиях и почему-то почувствовала себя так, как будто Содружество никогда не было ее домом, как будто ее дом всегда был именно здесь, на Громе и в руках Ульриха.
Когда они вернулись в город, она нашла эмпатическую ленту Акселя Мэннинга и указала дорогу. Грома оставили у высокой каменной стены в узкой улочке между двумя пустующими домами. Подходя к дому барона, она попросила мужчину подождать ее возле него. Сама обошла дом, и нашла самый удобный путь незаметного проникновения.
Оказавшись возле комнаты Акселя, она открыла дверь и вошла внутрь. Он стоял возле левой стены от входа, спиной к ней, и рассматривал какие-то бумаги. Когла она вошла, пожилой барон развернулся ко входу, и увидев ее удивился, но не испугался. Безразлично спросил:
— Зачем ты вернулась?
— За оружием.
— Ясно. А я подумал, что тебя привело сюда твое слово, которое ты нарушила.
— Мне очень жаль, что я его нарушила.
— Я тебе поверил.
— Тогда и я себе верила.
— И что заставило тебя нарушить договор?
— Обстоятельства.
— Обстоятельства в лице Боненгаля оказались для тебя сильнее веры себе?
— Возможно.
— Вы любовники?
— Мы друзья.
— Ты лгунья.
— Возможно. Я могу получить свое оружие?
— Нет.
— Я могу причинить тебе боль.
— Я знаю.
— Сильную боль.
— Я знаю.
— И все равно не отдашь?
— Нет."
"— Может быть, ты что-нибудь хочешь взамен?
— Я знаю, чем кончится твой взамен. Ты опять солжешь.
— Я редко лгу.
— Я так не думаю.
— Думай как хочешь.
— Думаю, есть кое-что, чего я хочу, и на что я мог бы обменять твои побрякушки, но только если я получу это прямо сейчас.
— Что это?
— Ты.
— Я думала, ты уже понял, что я передумала умирать.
— Мне не нужно, чтобы ты умерла. Мертвая в постели ты мне будешь неинтересна.
— В постели? — недоверчиво переспросила Эрта
— Мэннинг, старый извращенец, не грешно ли с ведьмами спать? — раздался голос Ульриха, которому надоело слушать за дверью.
