Черное сердце

Мы увлеклись беседой и не заметили, как наступила ночь. В половине первого Полысаев посмотрел на часы, ужаснулся и поспешил к себе. После его ухода я коротко записал в блокнот заинтересовавшие меня моменты, допил остывший чай и рухнул на кровать.

Ночью мне снился городской парк культуры и отдыха. Чернокожие повстанцы в камуфляжной форме рыли окопы вокруг колеса обозрения, выкладывали на бруствер гранаты. Метрах в ста от них, у трансформаторной будки, мужчины в белых балахонах устанавливали пулемет в проем между мешками с песком.

Увидев меня, противоборствующие стороны бросили работу, стали тыкать в мою сторону пальцем. «Эй, ты! – крикнули от трансформаторной будки. – Или лицо сажей намажь, или балахон надень! Шляются тут всякие, не дают делом заняться». Я не стал спорить и вышел из горсада.

Проснувшись, я вспомнил сон. «Ха! – подумал я. – Кабинет машин и оборудования не самое плохое место для встречи с женщиной, если ты мужчина приметный и тебя за версту видно».

В пятницу вечером я был у Шаргунова.

Случайно или нет, но в его кабинете находился Клементьев, у которого в родном отделе дел было полным-полно.

Геннадий Александрович с самого утра был в скверном расположении духа. Близился конец квартала. Отдел шел с минимальным перевыполнением плана, резервов поднять процент раскрываемости почти не было. Любое серьезное преступление могло обрушить все показатели. Было от чего первому заместителю начальника Заводского РОВД пребывать не в духе!

Шаргунов же, напротив, был настроен оптимистично и даже весело.

Его отдел и план перевыполнял, и резервы имел.

Меня усадили за приставной стол, разрешили раздеться и закурить. На этом гостеприимство закончилось. Ни чая, ни печенья к чаю не предложили.

– Мне вспомнился роман «Незнайка на Луне».

После такого моего вступления Клементьев помрачнел еще больше, а у Шаргунова появилась снисходительная улыбка. Он еще не догадывался, какой «сюрприз» я припас для него.

– В книге Николая Носова полиция на Луне лупит коротышек электрическими дубинками налево и направо, только искры летят.

Я поинтересовался: таких дубинок ни у нас в стране, ни на Западе нет. Но в сельском хозяйстве в капиталистических странах применяется «электрический хлыст» – переносной прибор, воздействующий на непокорных животных слабым разрядом тока. Если током можно взбесившемуся быку мозги вправить, то человека при определенном стечении обстоятельств можно убить.

Благодушная улыбка сползла с лица Шаргунова, он посерьезнел.