Черное солнце

Костя в обычной жизни, имея покладистый, добродушный характер, быстро сжился с коллективом, брал интервью у маститых авторов, писал рецензии на фильмы и книжки. Такая работа ему не то чтобы нравилась, но и не тяготила.

Но иногда в его голове проскальзывала фраза из «Сказки о Мальчише-Кибальчише»: «И все бы хорошо, да что-то нехорошо». Его тянуло обратно, к боевым товарищам, на боевые операции…

А потом неожиданно появился Маркин.

Когда он вошел внутрь редакционного здания, то оказался в холле с дверями по бокам и широкой лестницей на второй этаж.

К нему тут же подскочила дама средних лет и в круглых очках:

– Вы от куртуазных маньеристов?

– Может быть, но я не знаю, кто это, – ответил Маркин. – Лучше скажите, как я могу найти Головко Костю? Вы его знаете?

– О да! – воскликнула дамочка. – Мы с ним вместе работаем. Он такой большой…

– Это точно, – подтвердил Маркин. – И где этого большого найти?

– Он сейчас играет в шахматы, – пояснила дамочка и, поймав удивленный взгляд собеседника, добавила: – У нас проходит ежегодный шахматный турнир на звание лучшего шахматиста редакции.

Он у нас главный поклонник шахмат. Идите на второй этаж, а там направо вторая дверь.

Мартыш, сидевший за шахматной доской, увидев Маркина, тут же предложил своему противнику ничью. Тот сразу же согласился, поскольку безнадежно проигрывал.

Они вышли в коридор.

– Командир, какими ветрами тебя сюда занесло?! – воскликнул Головко. Его удивлению не было предела.

– Африканскими.

Негров по джунглям будем гонять, – ответил Маркин без тени насмешки. – В Анголу с нами поедешь?

Мартыш, зная, что у командира весьма своеобразный юмор, напрягся:

Маркин рассказал подробнее. Головко немного подумал и ответил:

– Согласен. Что мне нужно сделать? – Мартыш вопросительно уставился на Маркина.

– Уволиться и через пару дней приступить к занятиям. Будешь изучать португальский язык и повадки африканских слонов.

Леча Забоев был спокойным и покладистым мальчиком, в конфликты старался не встревать, но за себя постоять мог.

Жилистый и верткий, он изматывал противника, выскальзывая из захватов и отклоняясь от ударов, приводил его в ярость, заставляя еще больше ошибаться, а потом бил в болевую точку. На этом поединок заканчивался. Бить в нужные места его научил дед по имени Борз, когда-то служивший в НКВД.

В школе Леча учился ни шатко ни валко, за исключением физкультуры – по этому предмету он был на высоте.