Водяной аспид, издав тонкий, почти детский писк, в последний раз ударился о раскаленный щит и исчез, мелкой моросью рухнув на разбитый пол.
— Продолжим танец, миледи, или поговорим?
— Сдохни, — только и ответила Сара.
Нимфа вновь взмахнула руками и облака пара задрожали. С каждым движением изящных запястий, пелена разрывалась и скручивалась тонкими жгутами, пока перед Локсли не появилась дюжины бледно — серых кнутов, оскаленных пастями хищных рыб.
Двенадцать хлыстов медленно окружали невозмутимого мага.
Когда же кольцо было сформировано, Комеденти резко вскинула правую руку, словно отвешивала кому-то звонкую оплеуху.
Один из кнутов ринулся в хлестком выпаде, пытаясь протянуться по спине убийцы. Маг лениво дернул большим пальцем и на экране мобильного появился новый сигил.
— Yu daopian!
Алекс не сразу узнал путунхуа — китайский язык, на западе нареченный мандарином. Произношение у Локсли было просто ужасное. Видимо из-за этого он все же получил пару хлестких ударов, отправивших его в короткий полет, закончившийся удачным приземлением на софу.
Рубашка повисла на маге непотребными лохмотьями, а на спине теперь краснело две полосы, протянувшихся от плечей и до поясницы.
— Гребанные китаезы! — прорычал Локсли, мигом теряя всю свою напускную куртуазность. — Yu daopian!
Двенадцать кнутов, свившихся в подобие морского чудища, ринулись в сторону раненного мага. Когда оскаленная морда сказочной гидры уже почти вонзила клыки в тело чужака, из экрана телефона вырвалось настоящее торнадо.
"
"Сотни, тысячи, а может и сотни тысяч миниатюрных кинжалов, смахивающих на крылья мотыльков. Их металлическое пение заглушило и шипение четырех главой Гидры, и зубовный скрежет Стронтон на пару с Думским.
Пар ударил о сталь, но вопреки законам физики не прошел сквозь неё, а врезался с такой силой, что лопнули оставшиеся стекла. Кажется теперь чародеи боролись не заклинаниями, а волей.
Со лба Сары падали крупные градины пота.
Нимфа медленно сводила руки, стремясь скрепить ладони в тесный замок. И с каждый преодоленным дюймом с озера тянулось все больше пара, подпитывающего и увеличивающего гидру.
Чужак, протянув над смартфоном левую руку, что-то шептал и с каждым слогом из экрана вырывалось все больше лезвий, сливающихся единой порхающей стеной.
Дум не знал, у кого первым из носа брызнула кровь — у Комеденти или у Локсли.
