Черноземье 3 (СИ)

И с ними разговор короткий, ведь они нарушают положения для проживания в Асторе очень сильно, в том числе на работу не ходят. Зачем нам такой балласт в нашем прекрасном городе? Чтобы не крепили нашу экономику своим трудом, а только разрушали ее, и еще местных жителей портили ворованными деньгами? Они будут осуждены очень быстро по законам военного времени и удалены из города окончательно. Ведь в городе до сих пор осадное положение и лучше времени, чтобы заполнить рудники и набрать бесплатных строителей будущей дороги — больше не представится! — закидываю я всем понятную наживку.

— Тогда уже наших жителей можно будет уже без спешки взять в оборот и даже воспользоваться судом для вынесения приговоров. Но я пока буду сам решать участь задержанных благодаря своему умению различать правду.

— Ведь только один ответ на мой вопрос о воровстве или принадлежности к уличной банде может решить судьбу каждого подозреваемого за одну минуту! — так примерно объясняю я принцип определения виноватых.

— Наш с вами общий долг после спасения города от нашествия беспощадной орды спасти еще жителей Астора и всего Черноземья от беспредела уголовников!

Немного патетики тоже не повредит при выступлении в Совете.

Так что на следующее утро цепи проинструктированных ополченцев под управлением гвардейцев и стражников отправились на оцепление отдельных районов Астора, тех самых, в которых проживают в основном эмигранты из Астрии.

Там конечно и беднота из деревень имеется, и просто городские бедные жители, но мы берем за удобную для власти аксиому тот вариант, что все приличные люди должны с раннего утра трудиться в поте лица своего. А вот остальные тунеядцы и проходимцы начинают изгоняться из своих жилищ на улицу специально усиленными бригадами из вооруженных гвардейцев и самых дюжих ополченцев.

Они идут по всем этажам и комнатам в основном двухэтажных домов предместий, обшаривают чердаки и не так часто попадающиеся здесь подвалы. Несут с собой тараны из коротких бревен и выбивают двери без особых споров и разговоров.

Первые вытащенные на улицы ошеломленные бездельники конвоируются в одну из Караулок, где за наполняющимся народом двором присматривают уже гильдейские.