Черноземье 3 (СИ)

Не стоит нам тут никому на глаза показываться со своим караваном и мешками золота.

Марш по хорошо и до боли знакомым местам и вот мы пересекаем реку по мосту.

Время уже обеденное, так что за оставшиеся четыре часа не сможем доехать до города засветло.

И еще есть проблема, что с такими сокровищами из пещеры Алладина мне бы не стоило много мотаться по городу. Выгружать их к Клое и завтра снова выносить со двора у всех на глазах.

К той же Кассе лучше подъехать часов в десять, не раньше, когда все ее начальство уже займет рабочие места.

Так что я командую вставать на знакомой поляне, где когда-то сворачивал в сторону хутора Клиса Верного на ночлег.

Ночью слышу, как какой-то бедолага вылезает из кустов на наш костер и просит-умоляет его согреть и покормить.

— Мастер, там похоже беглец от степняков, — с понятной усмешкой негромко сообщает мне один из приближенных охранников. — Что с ним делать?

И он показывает межпланетный жест, типа, бритвой по горлу и в колодец?

— Беглец? Сейчас выйду!

Около костра трясется и дрожит крупной дрожью и точно один из тех новых рабочих-строителей, который так не хотел работать, что рискнул своей жизнью и ударился в побег.

Судя по всему, реку он переплыл сам, потому что у моста ему появляться строго опасно, там его сразу перехватят, а река дает ему понятное преимущество при побеге.

Молодой парень из мелких жуликов, как я понимаю, разглядывая его из-за костра. Даже чисто городской из местных. Потом подхожу поближе и отвалившаяся челюсть беглеца сообщает мне о том, что медальный профиль Мастера Ольга уже узнан бедолагой.

— Что, попал из огня да в полымя? — усмехаюсь я. — Алим, придержи гостя. А то он собирается и от нас сделать ноги.

Наконечник копья прижимает к земле собравшегося было попробовать совершить рывок шустрика.

Отчаяние и ожидание неминуемой страшной смерти делает лицо беглеца застывшей маской.

— Давай рассказывай, как тебе удалось смыться из лагеря? — присаживаюсь я напротив на седло.

Пленник молчит, открывая рот и не может сказать ни слова.

Да, это трагическая неудача, чтобы с огромным риском убежать от пристально надзора степняков и попасть на огонек к тем же людям, которые его и сдали в рабство.

— Мне что, два раза тебя спрашивать? — демонстрирую я свое неудовольствие, а Алим тут же отвешивает солидного пинка бедолаге.

— Да просто, Мастер! Дождался, когда всадник мимо проехал и рванулся в лес. Специально выбрал сильно заросший, чтобы не догнали на лошадях.