Продолжать преследование такими силами офицер не решился (и правильно сделал, там, впереди — еще один сюрприз имелся), приказал занять оборону и отправил раненных в тыл. Я неторопливо поплелся вместе с немцами. Они несколько раз пробовали меня подгонять, потом махнули рукой и дальше пошли, уже не обращая на меня внимания. Потихоньку я отстал от них, и немцы скрылись за деревьями. Поле мы к этому времени миновали и до лагеря осталось совсем недалеко. Оглядевшись по сторонам, и не заметив ничего серьезного, я выволок из кустов труп подстреляного мною вчера полицая и быстро перемотал бинты со своей головы на него.
Снял с него полушубок и бурки и переодел в его собственную одежду. Правда, вот сапоги ему были великоваты… ну, тут уж ничего не поделаешь, его собственные были мне непозволительно малы. Вот и пришлось позаимствовать сапоги у другого. То-то небось, озадачились немцы, обнаружив труп разутого полицая. (Ну, понадобились его сапоги новому хозяину, бывает…) Усадив полицая на землю, я прислонил его к дереву спиной и поставил рядом карабин.
Теперь количество полицаев будет совпадать с реальной их численностью. Надеюсь, что вскрытие этого полицая никто производить не будет. Помер Максим — и хрен с ним. Свидетели его ранения есть, а от чего он в действительности помер — какая ТЕПЕРЬ разница? Не та персона, чтобы его потащили в госпиталь на вскрытие. Изначально я собирался подбросить этот труп вместо своего, но вот так, как сейчас вышло — даже лучше. И достовернее. Осталось только посмотреть, что теперь будут делать их командиры.
Какое решение они примут? Учитывая то, что все прочие направления поиска никуда не приведут, решат ли они перебросить все силы туда, где есть хоть какой-то результат? Или отведут войска а лагерь? Сообразно этому, надо будет действовать и мне.
Немцы не заставили себя долго ждать. Уже через полчаса, мимо меня, переваливаясь на кочках, проехали оба бронетранспортера. Направлялись они на поле. Лежащего у березы полицая они не увидели — я благоразумно оттащил его скрюченный труп в кусты.
Слишком он уж холодный, просто не поверят. Не мог он так быстро промерзнуть. Вскоре с поля поднялись в небо две желтые ракеты. Потом — еще две. Минут через десять все повторилось. Еще через десять минут.
«Любопытство сгубило кошку» — ворчал я себе под нос, пробираясь через кусты. Понятно, что немцы скорее всего созывали свои поисковые группы, но зачем? В какую сторону они их перенацелят?
В прицел было хорошо видно, как из леса выходят поисковые отряды.
