– То есть я чувствовал, что она в опасности, но не считал, что опасность настолько велика. И вот теперь свояченица мэра убита тем же психом, ведь так? Это какое-то безумие. Обе были хорошими женщинами, а теперь они мертвы. Мы должны поймать этого парня.
Лорел убрала фотографии обратно в папку.
– Вы знали Шэрон Лэмбер?
Зелло расправил плечи.
– Да, мы все ее знали. Большинство сотрудников добровольно участвуют в ежегодном благотворительном аукционе, и она следила за тем, чтобы нас кормили во время мероприятия. А потом еще приносила пиццу и печенье в знак благодарности.
Очень достойная леди. – Он поправил значок на груди. – Не понимаю.
Лорел постучала по папке, выравнивая бумаги.
– Вы знаете Эбигейл Кейн? Она профессор в технологическом институте Северного Вашингтона.
– Нет, извините. Она еще одна жертва?
– Нет. – Лорел поднялась. – Не странно ли, что именно вы все три раза принимали заявления доктора Рокс? Полагаю, вы здесь не единственный дежурный офицер?
Зелло покачал головой.
– Нет, ничего странного.
После первого раза она в следующий сразу спросила обо мне. Наверное, потому, что знала, что я верю ей и хочу помочь.
Логика в этом была. Лорел прижала папку к груди.
– Вы хорошо поработали над этим делом, офицер Зелло. На самом деле я думаю, вы сделали все, что могли, без какой-либо поддержки со стороны шерифа.
Зелло тоже встал.
– Только не говорите ему этого. Кроме того, если бы я хорошо поработал, Шарлин Рокс не была бы мертва. – Он подтянулся. – Если я смогу чем-нибудь помочь вам найти ее убийцу, позвоните мне.
Пожалуйста. Я хочу помочь. Она была по-настоящему напугана. Просто до ужаса.
* * *Он сделал пометку в блокноте. Она вышла из дома и отправилась по обледенелому тротуару за йогуртом. Почему? Проголодалась или просто захотелось выйти на улицу, несмотря на морозную погоду? Последние несколько недель он наблюдал за ней, когда только мог, но только сегодня она впервые заказала йогурт.
Вообще-то она очень часто выходила из дома и шла в маленький магазинчик на углу, где обычно заказывала латте, маффин или овсянку.
Но только не йогурт.
Неожиданно для него она становилась загадкой. Да, конечно, она оставалась злобной, церемонной стервой, но с ней, по крайней мере, было интересно. Удовлетворение, которое он испытал, убив Шэрон, иссякло на удивление быстро. Он пребывал в таком возбуждении, что даже попытался поделиться своими чувствами с ней, но из этого ничего не получилось. И это стало ее ошибкой.
А потом мир погрузился во тьму.
