Черные ножи - 3

Любым способом.

Мы свернули с дороги, и вскоре впереди показался высокий сетчатый забор, за которым находился аэродром. Машины остановились у ворот, к нам тут же подошел караульный офицер, слегка ошарашенный при виде немецкой формы. Флеминг тут же вылез из машины, предъявил нужные документы и что-то долго объяснял офицеру. Наконец, тот дал сигнал, солдаты открыли ворота, Ян вернулся на свое место, и мы поехали вдоль взлетно-посадочной полосы к одному из дальних ангаров.

Там нас уже ждали. Два техника распахнули во всю ширь ворота ангара, и машины въехали внутрь, остановившись чуть в стороне от огромного четырехмоторного моноплана со свастиками на фюзеляже, в котором я легко узнал дальний немецкий бомбардировщик «Focke-Wulf Fw.

Ничего себе! Теперь стало понятно, почему нас всего семеро в группе. Экипаж «Кондора» как раз насчитывал семь человек, и большее число «пострадавших» теоретически могло вызвать подозрения у членов экипажа подводной лодки.

А Флеминг хорош! Все рассчитал до мелочей.

"«Кондор» некогда задуманный пассажирско-транспортным авиалайнером, позже, как и почти все гражданские немецкие самолеты, был перепрофилирован для военных ценней, став самолетом разведки и бомбардировщиком, способным нести на себе до пары тысяч килограмм бомб. Но из-за своего «гражданского» прошлого, «Кондор» оказался плохим бомбардировщиком. Он обладал слишком низкой скоростью полета и боевой живучестью, и стал чаще использоваться именно в морских операциях, где вероятность встретить вражеские истребители сводилась к минимуму.

Поначалу «Кондоры» отлично топили британские суда. В 1940 году всего десяток самолетов за несколько месяцев отправили на дно под сотню кораблей, но позже их эффективность значительно снизилась. Англичане научились давать отпор, и посылали свои конвои исключительно под прикрытием авианосцев.

Так что выбор Флеминг сделал верный. «Кондор» - самый подходящий самолет для задуманной операции. Его крушение должно выглядеть самым естественным образом, и вряд ли вызовет сомнения.

- Капитаном самолета буду, разумеется, я сам, - сообщил мне Ян, перед тем как выбраться из машины, - вы будете вторым пилотом. Конечно, номинально. Крутить штурвал вам не придется. Но мы с вами единственные в группе, кто в достаточной степени владеет немецким.