Черные ножи

Я кивнул ему, и удостоился ответного кивка вкупе с очень странным задумчивым взглядом. Но сейчас мне было не до причуд старика, я надеялся успеть до смены попасть к Леше в палату и повидать друга, веря, что его состояние к этому моменту улучшилось.

Не удалось. Но по причине, от меня не зависящей.

К больничному корпусу я явился ни свет ни заря, памятуя о том, что лучше раньше да больше, чем позже да меньше. И встретил там Настю, выходящую из дверей корпуса."

"Челябинскую областную клиническую больницу № 1 досрочно открыли в октябре 1938 году раньше срока из-за крушения поезда Новосибирск-Москва на Курской ветке железной дороги у станции Чумляк — пострадавшим потребовалась срочная медицинская помощь.

Тогда в ее распоряжении находился единственный корпус на триста коек. Больница была создана по инициативе Соломона Захаровича Глуховского — участника гражданской войны, направленного в Челябинск для организации военного пересыльного пункта, позже возглавившего Челябинскую городскую больницу, потом работавшего главврачом в Копейске, и, наконец, назначенного главным врачом медико-санитарной части управления НКВД по области. Но с началом войны он был переведен на Дальний Восток, и руководство больницей сменилось. А год назад, в 1941, из Киева эвакуировали Киевский медицинский институт, и больница стала основой базой для учебы и работы его студентов и преподавателей. Все это я знал опосредованно, выуживая нужные данные на задворках памяти. Конкретно, историю о больнице и ее первом главвраче когда-то поведала тетя Зина, дружившая с Соломон Захаровичем с давних пор.

— Буров? — Настя узнала меня издалека, вот ведь проходу от нее нет, пристала, как банный лист.

— А кого вы ожидали увидеть в такую рань, Анастасия Павловна? Николая Крючкова? Спешу вас огорчить, здесь только я.

В кинотеатрах до сих пор крутили одну из главных кинолент этого года «Парень из нашего города» по пьесе Константина Симонова, где Крючков блистательно играл заглавную роль, и, между прочим, роль танкиста.

— Если бы я встретила тут Николая, я вряд ли заметила бы тебя, Буров, слишком уж ты ничтожен и незначителен в сравнении с великим талантом! — огрызнулась Настя.

Вот так она теперь со мной общается? И что я ей сделал? Лишь поцеловал разок, да и то коротко, практически на бегу.

— А вот некоторые говорят, что я герой! — нашел я контраргумент. — Об этом даже в газете писали! Читали?

Настя презрительно фыркнула, не удостаивая меня ответом.