Черные Шипы (ЛП)

— Я лично выберу своих, — я смотрю на двух стажеров, на которых мне указала Кэндис. — Кейт и Омар. Следуйте за мной.

Они оба вздрагивают, но не в плохом смысле. Скорее, их глаза становятся шире, и они смотрят друг на друга с видом «что происходит?».

Может быть, я и не занимаюсь такими громкими делами, как Нокс, но я получаю много работы, которая будет хорошо смотреться в их резюме.

— Что? Нет, — Дэниел скользит передо мной с грацией пантеры. — Это не так работает!

— Сейчас, — я разворачиваюсь и ухожу.

— Это называется привилегированным обращением, потому что ты принц Нейта, — шепчет Нокс, когда я прохожу мимо него.

— Тогда поговори с ним.

— Какого черта ты вообще здесь делаешь? — Дэниел кричит мне вслед.

— Обсуди это с Кэндис, — я делаю ей знак, и она злорадно улыбается ему, проводя стажеров в мой кабинет.

Я говорю им, чего от них ждут, эффективности без головной боли, затем хватаю свой портфель и ухожу.

Дэниел и Нокс все еще устраивают шоу, разделяя стажёров, и я игнорирую их, направляясь к выходу.

— Они снова за свое, — Аспен, единственная старшая женщина-партнер в фирме, идет в ногу со мной, и мы заходим в лифт.

Ей чуть за тридцать, и она одна из основательниц Weaver & Shaw. Они никогда бы не признали это, но Аспен — это линия, которая удерживала Нейта и Кингсли Шоу от убийства друг друга и действительно делала что-то продуктивное со своей разрушительной энергией.

В каком-то смысле она стратег и близкий друг Нейта, но в суде она может превратиться в огненный шар, который соответствует ее цвету волос.

— Я знаю, — вздыхаю и нажимаю кнопку парковки.

Я поднимаю бровь, и она поднимает идеальную бровь в ответ.

— Дай угадаю. Нейт проболтался, и теперь мне приходится иметь дело с его вооружением и секретным оружием массового уничтожения.

— Я кто угодно, только не секрет, Себастьян. И ты забываешь, что я была рядом, когда ты достиг дна.

— Лучше чтобы так и было. Я не хочу начинать использовать то, что знаю, чтобы держать тебя в узде.

Лифт открывается, и мы входим в гараж, затем останавливаемся. — О чем ты говоришь, Аспен?

— В твоей семье все не так, как кажется.

— Это мне ни о чем не говорит.

— Так не должно быть.