Черный Лед

Винсент достал золотую монету и положил на стол. Эльф улыбнулся и взял её.

– У нас ходят слухи, что её выбросили в канаве за жильем семейства Виндеро. Однако сейчас уже известно о том, что она как то попала в лапы стражей и завтра на закате её казнят.

Потер подбородок Невзоров, Бриз чуть повел лицом. Ему все меньше и меньше нравился такой взгляд. Он смотрел прямо на Винсента, но зрачки Ивана словно сверлили в нем брешь.

– За что её арестовали?

– Разве есть большая разница? – пожал плечами эльф. – Любой представитель стражи мечтает поймать дроу, что бы на него повесить все преступления.

Ну и поиздеваться конечно же.

– Неужели такая ненависть к вам?

– Иван, послушай, дело тут не в ненависти, – решил самостоятельно объяснить все Винсент. – Глупая привычка считать их злом уничтожает любое желание разбираться в том убивала ли Навирра в этом городе кого то или нет. Навешают все что можно, уж ты мне поверь.

– Ну… раз задачи для нас нет, то я должен удалится, – эльф неслышно поднялся с места и направился к выходу.

Спустя пару секунд Невзоров тоже поднялся из-за стола.

– Разведай обстановку вокруг завтрашней казни, – и тоже пошёл к выходу.

Винсент пожал плечами, и сделал большой глоток вина.

– Хочешь ли ты покаяться, дочь моя?

– Оставь меня, смертный. Моя богиня Ллос, ты не сможешь принять от меня раскаяния. Да и не собираюсь я каяться. Я убивала, ровно столько сколько мне было нужно и я не считаю это грехом. Уйди отсюда.

Священник четырех богов вздохнул. Он и сам не хотел тут находиться. Мрачная камера городской тюрьмы с гнилой соломой на полу.

Заключённая на коленях у дальней стены под маленьким окошком. Волосы давно слиплись и закрывали половину лица, Навирра сама неумышленно волосами закрывала обожженную часть лица. Впрочем волосы тоже очень сильно пострадали. Пожелав искупления заблудшей душе юной дроу священник удалился и охранник захлопнул дверь.

Как так получилось? С самого детства она готовилась к тому, что бы следовать пути, который указала сама Ллос. Она никогда не винила мать в том, что та поставила её пред очи Жрицы.

В конце концов в то время судьба маленькой темноэльфийской девочки была безальтернативной. У Навирры редко возникали проблемы во время обучения. Бесшумное передвижение, основы алхимии, магия иллюзий и тьмы, владение клинковым оружием. Ко всему этому она относилась свысока, так как куда быстрее своих одногодок осваивала умения. Всё шло как по маслу, а тут еще на пятнадцатом году обучения на выполнении задания погибла её мать.