Черный Лед

Подул ветер и закрутил небольшие, по колено высотой, вихри из легкого снега. Оставаться тут в одиночестве ему не улыбалось и он, поправив оружие, последовал за сослуживцами.

Лагерь ставили в расчёте на пару недель пребывания. Несколько палаток. Два постоянных костра для обогрева. Силовики пришли сюда первыми и Дегтеренко как-то ощетинился.

– Естественно. Тут еще есть товарищи в белых халатах, – фыркнул Валера и открыл полог палатки. Его лицо моментально изменилось, он молниеносно перетёк на шаг назад. В руках из ниоткуда появился пистолет, который он сейчас держал нацеленным на палатку.

У опытных силовиков Черного Льда есть несколько рефлексов и навыков, которые сложно встретить у представителей обычных силовых подразделений. Например: рефлекторный выбор оптимального на данный момент оружия для максимально эффективного противодействия противнику в конкретной ситуации. Именно такой рефлекс сработал сейчас у Валеры. С мощным, но тяжелым автоматом, придется долго возится, прежде, чем снимешь со спины, передернешь затвор, прицелишься.

Промедление смерти подобно. Это правило каждый оперативник особого управления при ГРУ России знал на отлично. Пистолет самовзодный – быстро вытаскивается из кобуры на поясе.

– Там кто-то есть, некрупное существо.

Олег тоже достал свой пистолет. Невзоров, у которого таких рефлексов не было, тихо и аккуратно снял винтовку и дослал патрон в патронник. Дегтеренко знаками ему показал занять позицию в пяти метрах от входа в палатку и встать наизготовку.

Сам расположился чуть слева от Артемьева и уже даже не жестами, глазами, приказал Валере открыть вход в палатку. Сержант аккуратно и тихо, удерживая второй рукой пистолет откинул полог.

– Это ребенок, – в голосе Невзорова проскользнуло удивление.

Олег чуть более расслаблено прошёл внутрь палатки и оглядел кулек с неожиданным визитером. Иван убрал винтовку за плечо, а Валера вложил на место пистолет.

– Синяя вся. Откуда она тут?

– Ты у меня спрашиваешь? Слушай, у меня были проблемы с этим делом, но не на Сахалине же!

На базе Черного Льда как то получила огласку информация, что у младшего сержанта Артемьева нарисовался сын, которого он, дескать бросил.

История эта наделала немало шума, прежде чем выяснилось что произошла ошибка. Впрочем ошибка там или нет, а все знакомые теперь не упускают случая подколоть Валеру, и он очень нервно реагирует на все, что касается детской темы.

– А ладно… Неважно. У неё обморожение.