Черный Лед

Существо уверенно сделало шаг вперед.

Винсент сжал зубы и поморщился. Взял себя левой рукой за правое запястье и сильно дернул. Рука с хрустом вошла на прежнее место. После Воздушного Тесака сустав вывернулся из гнезда. Безусловно, все чего добился мечник – лишил противника зрения, но монстр и раньше опирался больше на запах мяса, нежели на иные чувства.

– Что же с тобой делать?

Задал риторический вопрос человек и посмотрел на приближающуюся фигуру. С обрубка левой руки на землю иногда падало несколько личинок.

Словно услышав вопрос, существо остановилось. Затем резко развело руку и обрубок руки в стороны, израненый живот разорвался в стороны. Оттуда вырвалось огромное насекомое, или скорее его часть. Сороконожка с приплюснутой голой, вся покрытая той же слизью, то сейчас блестела на правой руке Винсента. Сверху и снизу голова приплюснута. Глаза словно два крупных шара для бильярда. На самом кончике морды два клыка расположенные слева и справа и уже щелкающие в предвкушении сочного мяса.

Мечник не стал уворачиваться от головы псевдонасекомого, а занял оборонительную стойку и подставил меч, который попал ровно между клыков матки. Острейший клинок рассек морду и пошёл дальше. Кинетическая энергия с которой матка выпрыгнула из своей колонии была огромна и все её полутораметровое тело было рассечено об меч. Лишившись матки колония осела на землю. Личинки бессвязно расползались с трупа.

Забрызганный с ног до головы Винсент педантично достал чистый платочек и вытер меч, затем убрал его в ножны.

Уже сейчас, спустя час и сорок минут, он стоял у колодца и старался избавится от следов драки на себе. Ему никто не мешал. В такое время ночью на улице нельзя была встретить даже воров. Существо крепко напугало всех в округе. Впрочем, не переживи Винсент столько передряг он бы тоже испугался. Нет один из лучших мечей Эрбонса не потерял способность испытывать страх, ни в коем случае. Ему было очень-очень страшно! Но только сейчас, он всегда предпочитал боятся противника уже после того, как убьет его.

– И тебе привет, Олверус!

– Здравствуй, здравствуй.

Над пластинкой замаячил невысокий силуэт старика с капюшоном. Проекция образа отражала его выше солнечного сплетения и в сильно уменьшенном варианте.