Чёрный Рыцарь (ЛП)

Я делала это раньше, и это погубило нас навсегда.

— Почему зеленый? — он спрашивает.

— Ты слышала. Почему это, блядь, зелёное?

Я пытаюсь думать, что уже знаю эту часть информации, что он всегда предельно ясно выражал свои чувства, но слышать, как он произносит эти слова, равносильно вдыханию черного дыма прямо в мои задыхающиеся легкие.

Я не могу дышать, даже если бы захотела.

— Я ненавижу твои глаза и твои чертову волосы. — он сжимает прядь и гладит ее между большим и указательным пальцами, будто запоминает ее — или думает о том, чтобы сжечь.

Я никогда не могу сказать с ним наверняка.

Он тот темный колодец, заброшенный в течение многих лет. Никогда не знаешь, найдешь ли ты в нем сокровище или мстительных призраков.

— Тогда прекрати прикасаться ко мне, — выдыхаю я. — Прекрати вставать у меня на пути, прекрати вторгаться в мою жизнь и знать так много дерьма обо мне.

Больше всего мне нужно, чтобы он перестал меня видеть. Потому что, если он продолжит, и отталкивать меня и позволять другим красивым девушкам залезать в его постель, это только усугубит туман.

Почему он не может оставить меня в покое, пока мы не двинемся своими путями в конце года?

Просто почему он не может этого сделать?

— Я должен. — он с отвращением отпускает мои волосы. — Но ты продолжаешь быть этим больным пальцем, делая себя заметной все это время. Не проси моего внимания, или я задушу тебя этим.

— Я н-никогда не просила твоего внимания.

— Хочешь, чтобы я в это поверил?

— Нет. — я отталкиваюсь от него.

Я поговорю с ним, когда он протрезвеет. А еще лучше, я могла бы вообще с ним не разговаривать. В любом случае это бесполезно. Не похоже, что он ответил бы на любой из моих вопросов, как нормальный человек.

Он просто еще немного помучает меня, а потом я отомщу, и все ухудшиться.

Он хватает меня за запястье — за то, что со шрамом, — и прижимает к себе. Мое дыхание прерывается, когда он размахивает пачкой M&M перед моим лицом. Она открыта, и все шарики зеленые.

— Почему у тебя зеленые М&М? — спрашиваю я тихим голосом.

— Ты нашел их? Ожидаешь, что я куплюсь на это?

— Да, и хочу, чтобы ты их съела.

— Сделай это, или я настрою Кириана против тебя. Он уже не доверяет тебе после того, как стал свидетелем твоей попытки самоубийства.

Мои губы приоткрываются, смотря на него.

— Тогда съешь. — он кладет M&M's мне в ладонь. — И не вызывай рвоту, или я засуну тебе в глотку еще одну пачку. Я могу делать это всю ночь.