Тяжело быть безразличной, когда тебе желают упасть и сломать шею или высказывают предположения, кто и каким способом отравит дра’морскую козу.
Ожидаемо, охранники из местных старшекурсников не без удовольствия ткнули ее носом в нарушение дресс-кода и пожелали валить со всех ног, пока цела. Наверняка она нашла бы слова, чтобы склонить их к жалости, но не собиралась этого делать. Только пожала плечами и уже собиралась подыскать себе подходящий темный уголок, когда вмешалась Флоранция. В ярко-лимонном платье она выглядела просто сногсшибательно.
— Меня вы тоже не пропустите? – с чисто женским кокетством поинтересовалась она, одновременно подталкивая Марори за ограждение. – Иногда нужно сделать скидку на то, что не всем девушкам идет голубое.
Марори оглянулась, поблагодарила ее улыбкой и скользнула в залитый огнями зал.
Народу было столько, будто по случаю праздника гости в Эльхайм съехались со всех уголков мира. Многие лица в толпе были знакомыми: ее однокурсники, студенты, с которыми она пересеклась на заседаниях исторического клуба и во время своего скромного вклада в организацию праздника.
Более чем скромного: Элна не рискнула доверить ей ничего сложнее вырезания гирлянд.
До времени «Ч» - появления дра’морцев – оставалось несколько минут, и Марори посвятила их поискам относительно спокойного угла, хоть в такой толчее это было почти нереально. И все-таки она нашла такой: под сотворенным из Плетения осенним деревом, мерно сбрасывающим с себя листья-бабочки. Она подумала о том, что же на своем приеме, в прошлом году, могли устроить дра’морцы: уж наверняка не бабочек.
Куда охотнее верилось в летающие по залу и распевающие похабные песни черепа, фонтаны крови и суккубов в латексе.
Гости заявились вовремя. К их появлению даже зазвучал какой-то пафосный марш, но его тут же заглушил рев тяжелого симфонического металла, который невидимкой шел впереди дра’морцев."
"Ох, Светлые и Темные, вот что значит «наплевать на дресс-код». Марори от души разулыбалась, глядя на шагающего впереди Кулгарда, одетого в драные джинсы и наброшенную прямо на голое тело потертую кожаную куртку.
В руке он нес белый лоскут. Что это такое, Марори поняла мгновением спустя, когда демон передал его приставучему охраннику.
— Белая рубашка, как и просили в вашей писульке, - совершенно спокойно ответил Кул.
— А что, надо было надевать? – вынырнул из-за его плеча Ниваль, вручая багровеющему от злости эльху свою рубашку. – Там просто не написано.
