– Разрешите слово? – встал Заремба. – Мне кажется, мы кое-что упускаем из виду.
Мальгин, приготовившийся к тому, что Иван станет предлагать в группу себя, с интересом посмотрел на молодого хирурга.
– Конкретней, пожалуйста, – сказал Таланов с обычной своей ироничной вежливостью.
– Шаламов работал с маатанской техникой в состоянии гипермнезии и впитал почти весь запас информации их корабельного компьютера, поэтому прежде, чем заняться лечением больного, необходимо узнать все о маатанах: их биологию, физиологию, биохимию и так далее.
Только тогда мы быстрее поймем процессы, идущие в организме Шаламова, и сможем определить пределы хирургического и психофармакологического вмешательства.
«А молодец Иван, голова у него варит», – подумал Мальгин с некоторым удивлением; сам он упустил из виду эту особенность случившегося.
– Идея хорошая, – сказал Таланов, – хотя мы об этом не забывали. Но как ее осуществить практически? Насколько я осведомлен, контакт с нами маатане отвергли. Вообще удивительно, что этот травмированный маатанин, которого спас Шаламов, внезапно проникся благодарностью к нему и решил сообщить нам координаты места катастрофы.
Заремба сунул было руки в карманы, но, посмотрев на Мальгина, вытянул их обратно.
– Это можно объяснить, – сказал он со снисходительной небрежностью. – Шаламов сработал обратную связь с маатанским компьютером, а тот мог иметь такую же с маатанином. Вот «черному человеку» и передалась часть эмоциональной и психогностической информации спасателя.
В зале снова воцарилась тишина.
«Недооценивал я Ивана, – подумал Мальгин с невольным сожалением. – Из него может получиться отличный врач. Главное, он умеет думать».
Таланов кашлянул в кулак, в глазах его отразилось уважение.
– А вот об этом я не подумал. Спасибо за идею, она интересна и ценна. Правда, я все равно не вижу, каким образом можно получить сведения о физиологии маатан.
– Да очень просто! Разве у нас в УАСС нет отдела разведки или безопасности? Пограничников наконец? Пусть поработают!"
"На лицах присутствующих в зале мелькнули улыбки.
Горячность молодого нейрохирурга и его манера поведения импонировали многим.
– Это как раз очень непросто, – негромко сказал Джума Хан. – Как вы себе сие представляете?
– Элементарно: выкрасть маатанина, обследовать и вернуть… извинившись.
Последняя фраза Зарембы снова развеселила присутствующих, но ненадолго. Предстояло принять решение, определяющее дальнейшую судьбу больного.
Спустя полчаса группа риска была создана.
