– Включите в сферу действия «Дхияны» Железовского, ему требуется подстраховка.
Пообедав, комиссар позволила себе расслабиться на полчаса, побродив по парковой зоне управления, затем посетила научный сектор, а когда вошла в кабинет, там ждал ее чуть улыбающийся Джума Хан.
ГЛАВА 9
Ультраррибл…
Океан золотого желе, пронизанного прожилками голубого света… блеск…. отражение пластов друг в друге… зеркальные плоскости, игра пламени в золоте, пересечение теней и волн, интерференция, дифракционные решетки, неистовое сотрясение всего океана – и пронзительный гул, пролетающий, как снаряд, где-то рядом, вовне, и в то же время внутри естества… колонна черного дыма, быстро растущая ввысь, увенчанная драгоценным камнем старинного звездолета… Догнать?! Нет, не удастся, внезапность – на стороне стартующего…
Снова гул и свист, другая колонна дыма начинает свой полет, сквозь бульканье и гул раздается отчетливое шипение, золотой зеркальный объем пронизывают сотни черных паутинок, охватывают колонну дыма, и ее вершина – сияющий кристалл звездолета – оказывается в ажурной сетке.
Рывок – и волшебный камень в сетке уносится вниз, в мерцающие багровым и малиновым светом недра океана, будто проглоченный акулой моллюск…
Чужие формы, чужие чувства, чужой смысл…
Переход с уровня на уровень – сотрясение мозга?
Инфраррибл…
Тьма!
Глубокая, бездонная, безграничная тьма. И глубокая, бархатная, бесконечная, торжественная тишина!
И вдруг укол света – тонкий, как игла, белый лучик уколол глаз и исчез, оставив тонюсенький эфемерный звук – не то свист, не то звон.
Снова Великая Тьма – и пустота – завладела миром, растворила в себе, превратила в Ничто, в сон пустоты…
Мгновенный свист – новый лучик света метнулся из края в край тьмы, пронзив по пути голову единственного Видящего, родил ответную лавину более слабых лучей, прянувших во все стороны. Волна удовлетворения обежала голову, тело, объяла пустоту, Вселенную и умерла за пределами чувств и знаний… Тьма, тишина, пустота, покой…
Миддлрибл…
Та же темнота, постепенно светлеющая до темно-серого фона, из которой выкристаллизовалась настоящая глубокая тьма, но тьма геометрически совершенная: черные многогранные громады, плоскости, цепи решеток и узлов…
Фон из серого вспышкой голубеет и остывает, но черные фигуры так и остаются черными, холодными, мрачными и недоступными.
