Каждая такая «картина» работает, как «черная дыра», время на ее горизонте для внешнего наблюдателя останавливается. Мы будем вечно видеть тот мир неизменным, а он будет жить по своим законам и вечно видеть наш мир.
Столбов задумался, поглядывая на руку.
– Вы говорите, можно войти? А жить? Или сразу – летальный исход?
– Войти и жить. – Мальгин закончил наконец свои сборы, поглядел на гостя, отчаянно пытавшегося выглядеть уверенным и спокойным. – Но недолго. И не людям. Дмитрий, я знаю причину вашего посещения.
– Шаламов, – машинально сказал инспектор.
– Да, Шаламов. И я сам, не так ли? Комиссар не хочет рисковать и перестраховывается.
– Понимаете, Клим… – начал было оправдываться Столбов, но Мальгин поднял руку, и он замолчал.
– У меня много дел и мало времени. Попробуйте сами организовать интрасенсов, Аристарха Железовского, например, Забаву Боянову, они очень решительные люди и могут помочь. Вы остаетесь? Мне пора идти.
Столбову вдруг почудилось, будто Мальгин вырос в размерах, вознесся над ним, как сказочный джинн, взгляд его стал ощутимо тяжел и грозен.
Ощущение тут же прошло. Повеяло покоем и печалью. Инспектор перевел дыхание, отдернул вспотевшую ладонь от рукояти суггестора.
– Вы… вернетесь?
В глазах Мальгина мелькнула грустная улыбка, он все понимал и все знал, но его заботы оставались земными, человеческими, требующими сомнений, долгих колебаний и размышлений.
– А я никуда не ухожу.
– Лондон же ушел…
– Он вернется… рано или поздно. До свидания. Передайте комиссару, что со мной у нее не будет хлопот.
– У меня предписание задержать вас.
– Я знаю. – Мальгин с любопытством глянул на затвердевшее лицо инспектора. – И что же вы намерены делать?
– Просить вас позвонить комиссару и поговорить с ней.
– Прямо сейчас?
Столбов поколебался немного.
– В любое время. Но обещайте мне… – Он замолчал.
– Что?
– Н-нет, ничего.
И все же Мальгин понял.
– Хорошо, обещаю. Однако и вы обещайте не пускать по следу «Аргус» и не мешаться под ногами. Извините за резкость.
Столбов хотел возразить, но взгляд хирурга вдруг изменился, стал физически ощутимым, и на миг инспектору снова показалось, что за спиной хирурга разверзлась бездна, полная движения и противоборства колоссальных сил.
Очнулся он уже за дверью квартиры Мальгина, постоял немного и вызвал лифт. Его не удивило, что аппаратура группы наблюдения не фиксировала хозяина в квартире, хотя, как он появился в доме, каким образом просочился сквозь заслон наблюдения, никто объяснить так и не смог.
