Черный феникс

Они пришли, надеясь на чудо — обретение части себя. Как я обрела недавно. Иллами — важная часть магов. Вот это я уже точно усвоила.

— Спасибо, Марина, мне приятно. Но ты немного не права, иллами — скорее верный помощник, трофей, который делает мага сильнее. А то, что ты воспринимаешь частью себя — это магия, к которой у тебя длительное время не было доступа.

— Ты же на всю жизнь? — мягко уточнила я.

— Да, если ты сама не пожелаешь от меня отказаться или я не погибну раньше, чем придет твое время.

— Так, достаточно первой части ответа. Вот и скажи, как тебя иначе воспринимать? Ты — неотъемлемая моя часть. Привыкай, мы крепко связаны.

— Связаны, да, — эхом отозвался феникс.

А у меня в груди поселилось солнышко. Тепло таилось и вдруг вырвалось наружу чернильным туманом, окутывая холл и всех, кто в нем находился. Но это еще полбеды, феникс каким-то образом транслировал всем эмоции, которые испытывал.

— Прости, это я, обрадовался сильно.

— А теперь, судя по их лицам, они считают, что я им обрадовалась.

— Немного, да…— покаянно возвестил феникс.

— Ай, и черт с ними, — фыркнула мысленно, а вслух сказала. — Добрый вечер! Я — Марина Иваненко, старшая дочь Марсэмиара Ладорана тан Аргхарай и леди Равьелы Амарель тер Винд тан Аргхарай. Думаю, со всеми вами, мы еще успеем перезнакомиться. Вам слово."

"Я посмотрела на побелевшего, затем побагровевшего отца и усмехнулась. Нет, ну он же не думал, что я назовусь другим именем? Или думал? Тогда, это лишь его проблемы.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Глава 4-1

Глава четвертая

Я сидела за столом и наблюдала за очаровательными близняшками, моими младшими сестрёнками. На вид им было по тринадцать Земных лет. Они широко распахнутыми глазами смотрели на меня. Однако не решались ни заговорить, ни подойти. Впрочем, последнее было сделать проблематично. Я сидела во главе стола, по правую руку от меня находился Марс, по левую — мама.

Тоже своеобразная дань традициям. Наследник же ритуал проводит, вот и на один день, точнее даже несколько часов, он становится главным.

Я хмыкнула и вспомнила, как папаша с постной рожей читал торжественную речь и приглашал всех разделить пищу перед священнодействием.

Его все же не хватил удар. Но сидел он рядом со мной — краше в гроб кладут.

Впрочем, меня это не волновало. А вот с кем бы я хотела познакомиться так с сестрами.