Черный Лев

Собравшиеся снова разразились хохотом, когда Дейкр понес к выходу извивающуюся красавицу. Все посчитали случившееся отличным развлечением.

– И что теперь ты думаешь о друге? – усмехнулась Лайонин.

–Дейкр никогда не разбирался в женщинах, – отмахнулся тот, целуя ее руку. – Я участвовал в двух войнах, и постоянные сражения в собственном доме меня не привлекают. Я желаю мира в своей спальне.

– Ты считаешь паши встречи… мирными? – удивилась Лайонин.

В его горле клокотал смех.

– Нет, моя Львица. Ни в коем случае.

Лайонин смущенно покраснела и огляделась, боясь, что их подслушивают.

– Наверное, остальные гости смотрят на нас и думают, что мы новобрачные. Но мы так давно женаты, что должны были бы уже надоесть друг другу и завести возлюбленных.

Он с такой силой сжал ее запястье, что она поморщилась от боли.

– Не смей так говорить!

– Ранулф, я шучу. Ты делаешь мне больно! Я и не думаю смотреть на других мужчин! Неужели не видишь, что я не всерьез.

Он отпустил ее.

– Прости, но я не могу смеяться над подобными вещами.

– Когда-нибудь ты расскажешь мне, кто ранил тебя так сильно? Кто причинил столько боли?

Ранулф, не ответив, отвел взгляд.

До конца обеда оба молчали, но потом к Ранулфу вернулось хорошее настроение. Она проводила его к шатру, где уже с нетерпением ожидал Брент. Ранулф целомудренно поцеловал жену в щеку, и она вернулась на трибуны, к Беренгарии.

Начались состязания по метанию копья. Победителями оказались граф Гилберт де Клер и один из рыцарей Роберта де Вира.

Ранулф появился в коротком одеянии цветов Мальвуазена и продемонстрировал необычайную меткость в стрельбе из валлийского лука. Лайонин показалось, что женщины чествовали его с особым рвением. Беренгария даже посмеялась над хмурым видом подруги. Толпа сервов и свободных людей, не сдерживаемая правилами рыцарства, громогласно приветствовала Черного Льва, ибо он был одним из самых любимых рыцарей простонародья.

– Понравилась тебе моя стрельба? – спросил он с улыбкой. – Брент не знает, кому верить: отцу или новому господину. Думаю, он все же согласится со мной, как считаешь?

– Ты, конечно, прав. Ведь сумел же перетянуть меня на свою сторону.

Он посадил ее себе на колени и поцеловал.

– Да, и очень этому рад. Больше, чем победе над Брентом.