Черный лис. Том 2

— Это мы ещё посмотрим, — а вот госпожа секретарь находилась в бодром расположении духа. — Напудренные щеки её порозовели, в глазах плясали озорные искры. — Пока что государь накрыл всю территорию дворцового комплекса магическим пологом. Муха не пролетит. Не то, что снаряды или боеголовки.

— Это он может, — с мстительным удовлетворением кивнула Любава. — Пологи, защитные стены, силовые поля… В этом наш государь большой мастер.

Что-то в её голосе меня насторожило. То, каким тоном она говорила о главе государства.

— Значит, Кремль тоже отпадает, — сказал Фудзи. И мысль о Любаве и её отношениях со Святославом вылетела из головы. — Так куда мы едем?

Намекал он вот на что: лимузин, хотя и крепкий, как танк, но всё же не вечный. Удачный выстрел может повредить электронику или пробить броню. У нас может кончиться топливо… Да и в конце концов: не дело мотаться по городу, провоцируя Бестужева на всё новые нападения.

Хотя… В этом есть свой резон: распыляя силы, он не может сосредоточиться на главном.

А что для него главное?..

— Артефакты! — закричал я не своим голосом. — Бестужев охотится за Артефактами. Он поэтому напал сразу на несколько семей. Поправьте меня, если я ошибаюсь: у всех у них есть собственный Источник.

Она не стала сомневаться, размышлять, переспрашивать — просто надела очки и ушла в себя. Через минуту вернулась.

— Резиденция Дашковых в огне. Но они ещё держатся.

— А семья? — я помнил: пока жив хоть один член семьи, Артефакт не подчиниться чужому.

— Обе дочери в Париже, учатся в Сорбонне, — ответила Салтыкова.

 — Девочки в безопасности, об их охране обещал позаботиться кампус. Сам граф ранен, но всё ещё полон сил. Супруга его, Марфа Петровна, является магом стихии огня — достойная противница Даниел Андреичу. К Остальным домам я направила дополнительные войска. Мы не имеем права так рисковать.

— Помните, я говорил, что Бестужев — бульдог, — спросил Фудзи.

— Я отдаю себе отчёт о превосходных охотничьих качествах графа, — спокойно ответила Салтыкова.

 — За последние годы мы успели его отлично изучить.

Держи друзей близко, а врагов ещё ближе… Я вспомнил, что последние два года КИБ делит с орденом Четырёхлистника одно здание. По приказу государя.

— Вы знаете, где он держит Артефакты? — вопрос вырвался преждевременно. Салтыкова мгновенно дала это понять, устремив на меня равнодушный леденцовый взгляд.

— Этого мы не знаем, — выдержав длинную паузу, сказала она. — Иначе…

— Я понял. Простите.