Черный лис. Том 2

Последний вывод я сделал, когда князь Соболев, — Соболев! — отвёл взгляд.

А в моей груди клокотало отчаяние. Впрочем, там много чело клокотало — какие-то жидкости, неприятные выделения, — но главным, всепоглощающим чувством, была ярость.

Этот человек пришел в мою спальню. Он угрожал мне! Он совершил наглое, ничем не обоснованное покушение. Он должен ответить.

— Сэмпай, можно я?

Оказывается, с другой стороны кровати тоже кто-то сидел. И даже не кто-то, а сама Белый Лотос.

— Но…

— Вам надо отдохнуть, Алексей-сан, — в её голосе появились непривычно мягкие нотки, я таких ещё не слышал. Разве что, когда она говорила с отцом… — Идите. Поешьте, примите душ. Может быть, немного поспите. А я никуда не уйду. Обещаю.

Князь наклонился и сжал мою руку — осторожно, чтобы не задеть капельницу. А потом встал и пошел к двери. Спина ровная, словно из дерева. А ноги — как циркуль, почти не гнутся…

Когда дверь закрылась, я перевёл взгляд на девушку.

Она переоделась: лёгкое бальное платье сменилось белым кимоно из жесткой, стоящей колом материи. Перечёркнутое чёрным поясом, оно напоминало бумагу для оригами — с острыми гранями, по которым нужно сгибать, чтобы получилась фигурка.

Из широких рукавов высовываются тонкие смуглые руки, а голова возносится над воротником гордо, как неприступная крепость. Впечатление усугубляет сложная, с множеством заколок, причёска.

— Я не собиралась стрелять в Бестужева, — просто сказала она. — Это было бы… контрпродуктивно. Ему не страшны пули. Но тем не менее, это могло создать неприятный прецедент. Было бы очень сложно оправдаться. Даже мне."

"— А ничего, что он перед этим стрелял в меня? — я никак не мог понять. Возможно, виновата потеря крови… — Ведь это преступление, верно? Вот так вот взять, и застрелить человека, в его собственной спальне.

— Всё было не так, — пожатие плеч только угадывалось.

Кимоно громоздилось вокруг тонкой фигурки Хякурэн, как белая глыба, и она двигалась внутри него совершенно свободно. Как бабочка в слишком просторном коконе. — Молодой наследник САМ пригласил магистра к себе в апартаменты. Владимир Антоку изъявил желание вступить в Орден Четырехлистника. И клятву верности решил подписать сразу, не откладывая в долгий ящик. Но в спальне ждала засада.