— А то! Всё равно за первый день проставляться…
— Ну удачи тебе, — парень вскочил на велик и был таков.
Я быстренько запечатлел в памяти оба маршрута. Так, на всякий случай. И поднажал на педали.
Соболев-Плаза фасадом выходил на большую площадь. Здесь были фонтаны — в современном, кубистском стиле. Был небольшой, но очень уютный парк. В нём как раз сейчас занималась группа любителей гимнастики тай-чи. Все в одинаковых тёмно-синих кимоно, плавные движения создают завораживающий узор.
Постепенно я начинал понимать, какой неоценимый подарок сделал мне мастер Никто.
Все знания, весь опыт коренного жителя Тикю. И даже не сваленные в одну кучу, в которой невозможно разобраться и за десять лет. Сведения всплывали постепенно, в тот момент, когда я в них нуждался.
И хотя, по словам Фудзи, я чуть не умер, принимая этот подарок, всё же надо будет как следует поблагодарить Тоётоми при следующей встрече."
"Внимательно осмотрев вход — широкие автоматические двери, будку охранника за ними, рамки, камеры — я решил объехать здание, и попытаться войти с чёрного хода — через парковку.
Здесь тоже была охрана. Здоровенные ребята в тёмно-зелёном камуфляже, с имперскими нашивками. Не охрана, — поправил я себя. Военные.
Никто из них не знал меня в лицо, да и представляться своим настоящим именем было неразумно. Как и требовать встречи с самим князем…
— Здравствуйте, — сказал я, остановившись рядом с двумя амбалами, у будочки с рамкой и перекладиной. Каждый из них был выше меня сантиметров на сорок. — У меня есть сообщение для Николая Хидеовича Наруто.
Я говорил по-русски. И это подействовало.
Ни слова ни говоря, один из вояк тут же включил рацию и бросил в микрофон пару слов. Второй не спускал с меня глаз. Как бы невзначай, небрежно, он снял с предохранителя автомат.
Помнят, что здесь было в прошлый раз, — с удовлетворением подумал я. — Надеюсь, больше такого не повториться…
— Полковник сейчас спустится, — сказал тот, что говорил по рации. — Ждите.
Через минуту в тёмном проёме въезда на парковку появился Колян.
Он был в такой же военной форме, на узких погонах красовались три крупные звёздочки.
Я снял кепку, хотя телохранитель и так уже догадался, кто перед ним — судя по усмешке, которая, как трещина в асфальте, прорезала его широкое лицо.
— Заходи, — буркнул он издалека. — Велик и рюкзак оставь там, — и он кивком указал на будку охранников.
— Ваше благородие, — подал голос один из солдат. — Мы обязаны его обыскать.
— Разумеется, — кивнул Колян.
