Они расхаживали по ковру, сидели в большой рекреации на мягких диванах, потягивая из банок какой-то энергетик. Они чистили личное оружие, обложившись пахнущими маслом тряпочками…
Словом, это была импровизированная казарма.
У меня сладко заныло сердце: старая добрая казарма. Запах пота, оружия, запах пороха и разношенных ботинок. Мужских носков. Пива и сигарет. Крепкого мата.
И всё это исходит от нескольких десятков мужчин, которые старательно делают вид, что придаются безделью.
Князь в опасности, — подумал я. — Вот что здесь происходит.
Вероятно, Соболев сопротивлялся такому плотному кордону, но Колян его не послушал. И теперь между ними размолвка…
Телохранитель провёл меня мимо этой с виду инертной, но готовой взорваться в любой миг толпы в дальнюю часть, где открыл одну из дверей своей личной карточкой.
Я робко вошел.
Обычная комната. Узкая солдатская кровать, заправленная по всем правилам армейского искусства: подушка треугольником, уголки одеяла подогнуты под матрас. На тумбочке рядом с кроватью — газета с наполовину решенным кроссвордом.
Рядом — очки. Одна дужка аккуратно замотана синей изолентой.
На спинке стула — знакомый мне шерстяной жилет.
— Это твоя личная комната, — я был удивлён. Ведь Колян сказал, что отведёт меня в гостевую…
— Здесь нас точно никто не подслушает, — доверительно подмигнул телохранитель. — А нам с тобой нужно крепко поговорить.
Глава 18
— Это точно, — я ещё раз оглядел комнату. Сесть, кроме как на кровать, было некуда, и мы остались стоять. — Солдаты на каждом углу, вы с князем в контрах… Давай.
Рассказывай.
— Сегодня ночью на семпая было совершено покушение.
Я моргнул. Спрашивать, всё ли в порядке глупо — ведь я только что разговаривало князем Алексеем, и он показался мне совершенно здоровым. Усталым, издёрганным, но здоровым.
— Сётоку? — ответ был очевиден.
— А ты как думаешь? — Колян прошелся по комнате. Его мягкие ботинки на резиновом ходу ступали бесшумно. — Несколько синобу взобрались по внешней стене здания и проникли в его спальню.
В его спальню!
Он повторил это с горечью, а потом, кряхтя, опустился на кровать. Голова свесилась, руки бессильно повисли между колен.
Я понял, что гложет телохранителя: он не справился. Охранять князя — его работа, но он пропустил убийц…
— Ты не виноват, — сказал я. — Наверняка синобу — сэнсэи, ты просто не смог бы их засечь.
— В том-то и дело! — Колян чуть не взорвался. — Семпай сам их остановил — благодаря тебе, он в отличной форме. Но сам факт!..
