— Когда пойдем? — нетерпеливо спросила она.
— Да хоть сейчас, — сказал я, глядя на нее. — Подождем пока дед спать ляжет, чтобы он ненароком все не испортил и пойдем.
— Отлично! Максим, ты чего какой-то мрачный? За ужином вроде бы веселее был… Живот разболелся? — участливо спросила Воронова.
— Да нет, живот здесь ни при чем… — сказал я и почесал затылок. — Слушай, тут такое дело… У нас в следующее воскресенье в школе осенний бал будет. Танцы, праздничный ужин, всякое-такое.
— О! Здорово! — улыбнулась она. — Я бы тоже сходила на бал.
Страсть как люблю танцевать. Ты пойдешь, я так думаю?
— Угу… Меня девчонка одна пригласила… — вздохнул я и посмотрел на Воронову.
Она закусила нижнюю губу, прищурилась, наклонила голову набок и спросила:
— Кто такая? Я ее знаю?
— Урусова Прасковья. Я с ней недавно познакомился. Оказывается, она тоже в «Змеином Ордене» вместе со мной состоит, — ответил я. — Нас Костя Собакин познакомил. Он решил в этом году общие смотрины всем сделать, чтобы мы друг друга знали.
— А-а… Понятно… — усмехнулась она.
— Ты не думай, там ничего такого. Это вроде как по-дружески получается. Мы с ней и не общаемся толком. Просто она не хотела, чтобы к ней другие липли, — попытался объяснить я.
— А почему я должна что-то подумать? — с улыбкой спросила Воронова. — Или ты меня не позвал бы, если бы я училась в «Китеже»?
— Обязательно позвал бы! Вот поэтому и говорю, чтобы ничего такого не думала! — воскликнул я.
Она помолчала немного, как-то странно посмотрела на меня, а потом выдала, как кипятком ошпарила:
— Слушай, Темников, а ты когда-нибудь с девчонкой целовался?
— Конечно! — соврал я, чувствуя, как мое лицо начинает пылать, а в груди появляется целый табун резвых мурашек.
— Много раз!
— В щечку? — спросила она и к мурашкам в груди добавился еще один табун в животе.
Она положила руки мне на плечи, обняла за шею и прошептала:
— Иди сюда…
— Ну как? — спросила она, после того как наши губы разомкнулись. — Так ты целовался до этого?
— Нет, это было по-другому, — признался я и на этот раз уже сам обнял ее и притянул к себе.
"
"Второй поцелуй длился чуть дольше. Я даже не сидел как истукан с вытаращенными от удивления глазами, а пытался что-то делать в этот момент. Понятия не имею как именно должен был действовать, но я изо всех сил старался не ударить в грязь лицом. Вот только удалось мне это или нет, я даже понятия не имею.
— Погоди, Макс, хватит… — сказала Софья и освободилась из моих объятий.
