Странно, правда?
— Ну мало ли…
— Нет, парень, в таких делах исключений не бывает. Уверен, что многие знали, что именно с ним происходило, — твердо сказал Чертков. — Такие вещи в мешке не утаишь. Всегда находится доброжелатель, который поделится новостями за так или за деньги. Зная это и узнав о его чудесном излечении, всякий умный человек сделает нужные выводы. Проклятье это тебе не ветрянка, оно так просто не лечится. Так что будь уверен, я знаю о чем я говорю.
Я открыл было рот, чтобы сказать пару слов в собственную защиту.
Например, о том, что буду теперь заниматься с двойным усердием, но старик поднял руку вверх, призывая к тишине.
— Даже не начинай. Я знаю, что ты сейчас начнешь говорить. Когда-то давно я и сам был таким же, как и ты. Лучше поговорим о деле, а то так мы с тобой никогда не закончим, — он посмотрел на окно, за которым было еще светло, однако понемногу уже начинало сереть. — Случай, о котором ты мне рассказал, очень любопытный. Такие проклятья тебе будут встречаться не часто. Оно слишком дорого стоит, поэтому не каждый готов потратить столько денег на своего врага.
Однако работает просто замечательно и убивает быстро.
— Вы бы видели в кого Карачаров превратился! Ходячий труп, по-другому и не скажешь.
— Именно об этом я тебе и говорю, — кивнул он. — Самое интересное, что предмет или существо, в которое превращается носитель, тоже является частью проклятья. Как кукла в твоем случае. Таким образом, мало того, что проклятый теряет силы в момент каждого такого превращения, но еще и может что-то делать в нашем мире.
Например, выполнять какие-нибудь установки, которые заложены в проклятья.
— Хмм… Александр Григорьевич, это как?
— Допустим, в тот момент, когда твой Карачаров был куклой, он мог кого-нибудь убивать, а потом ничего не помнить, — разъяснил мне Чертков. — К примеру, можно потребовать от него, чтобы он убил всех своих домашних, и он будет это делать, пока не покончит с последним из них. Согласись, это очень удобно и выгодно, если нужно покончить со всем родом.
Зачем платить за убийство каждого из них, если достаточно проклясть кого-то одного?
— Звучит как-то мрачновато… Вы думаете, Луке Мироновичу приказывали нечто подобное?
— Понятия не имею, — признался наставник. — Ты спросил, как это работает, и я тебе объяснил, а уж давали ему какие-то приказы или нет, трудно сказать. Тем более, что сам он об этом ничего не помнит. Просто я хочу, чтобы ты знал — чисто теоретически такая возможность есть.
— Буду знать, — кивнул я.
