— Куда это туда?
— В Башню Висельников, — сказал Григорий.
— Так называется бывшая сторожевая башня недалеко от Старой Крепости, — сказал Ибрагим. — Она находится рядом с Белозерском. В Белом озере есть несколько островов, вот на одном из них и стоит эта крепость.
— А-а, что-то такое я слышал… — припомнил я. — Эта та, которая сейчас почти затоплена? Лешка мне что-то такое рассказывал… Даже съездить туда посмотреть предлагал. Типа местная достопримечательность.
— Она самая, мой господин.
— Хорошо, что вы туда не попали, — вздохнул граф.
— Если бы вы там оказались, то могли бы больше не вернуться оттуда.
— Ибрагим, что он имеет в виду? — спросил я у Турка. — Ты понимаешь, о чем он сейчас говорит?
— Мой господин, мне не довелось там бывать, но место и в самом деле пользуется дурной славой. Там практически все время происходят самоубийства, — ответил призрак. — Теперь я начинаю догадываться почему.
Он посмотрел на грустного Шелихова.
— Расскажи, как так получилось, что ты умер, но тело продолжает жить?
— Сам не знаю, — сказал граф.
— Я в таких вопросах не очень хорошо разбираюсь. Просто в один прекрасный момент я почувствовал очень сильную боль и все. Я продолжал ходить, видеть и разговаривать, вот только видел я себя со стороны. Это случилось после одного из магических штормов.
Он помолчал немного, как будто раздумывал что говорить дальше, а потом продолжил.
— Сначала повесилась моя жена, потом из окна выпрыгнул один из сыновей… Спустя месяц вскрыл себе вены второй сын и Шелиховых больше не стало.
Мой дом опустел, а он ушел жить в крепость. Тогда она еще не была затопленной.
Я завороженно смотрел на толстого графа, слушал его невеселую историю жизни, а он тем временем продолжал.
— Потом то же самое продолжилось и в крепости. Люди кончали с собой самыми разными способами, пока вовсе не разбежались из нее, — он вздохнул. — Спустя много лет ее подтопило, место обросло всякими легендами, но сейчас туда продолжают приезжать люди… Некоторые из которых остаются там навсегда…
— Ходит слух, что там спрятаны сокровища, — сказал Ибрагим.
— Вот они туда и едут.
— Никаких сокровищ там нет, — покачал головой Григорий. — Там только я… То есть он… Или она…
— Слушайте, граф, объясните наконец — кто это он или она! О ком вы все время говорите?
— Тот, кто теперь живет в моем теле, — тряхнул он жирными щеками. — Я думаю какая-то тварь прикончила меня и вселилась в мое тело. Вот только я не знаю почему вокруг нее все умирают.
