— Она теперь будет думать, что у тебя желудок как у тролля. Может даже камни переваривать.
— Это ее дело… Меня больше сейчас турнир интересует. Ты видел, Вильсон-то прошел…
— Угу, — кивнул Нарышкин. — И Шуйский тоже.
— Это меня мало интересует, — скривился я. — Буду только рад, если в следующем бою меня с ним поставят. На уроках Гребень нас с ним никогда в спарринг не ставит, а у меня уже давно руки чешутся.
— Слушай, Макс, я тут подумал… Это в теории нас же тоже могут друг против друга поставить… — нахмурился Лешка.
— Не исключено.
— Я тебя хотел попросить… Ты дерись в полную силу, хорошо?
— Само собой, — кивнул я и улыбнулся. — Это ты дома особа, приближенная к Императору, а на ринге и в бане все равны. Но все равно надеюсь на Шуйского.
Но мои надежды не оправдались. С Михаилом меня не поставили. Вместо него мне вновь достался один из самых слабых оставшихся бойцов.
Я его легко одолел, но это уже начинало немного злить. Не хотелось бы думать, что я иду вперед только благодаря счастливому жребию.
Даже после утреннего поединка разговоры об этом уже пошли, а что будет дальше?
Утешало одно — это был последний круг, где еще оставались слабые бойцы, в следующем их уже точно не будет. Здесь уже никакого везения, только личное мастерство.
Зато случилась вот какая штука — Нарышкина попарили с Шуйским! Эта новость мгновенно облетела весь «Китеж» и буквально за несколько секунд наш спортивный зал превратился в переполненный пчелиный улей.
К этому моменту он и так не пустовал по сравнению с первым утренним боем, но сейчас зал был на пике своих вместительных способностей.
Явились даже те, кто вообще не интересовался фехтованием.
Была забита вся преподавательская ложа, а некоторым из них даже не хватило мест. Это был первый бой, на который пришли наши с Нарышкиным личные наставники — Чертков и Артамонов.
— Бурум… Бам… Нарышкин… Буруррым…
Сообщал о своих предпочтениях наш конструкт, который заглядывал в огромное окно. Стальному гиганту пришлось улечься на живот, чтобы иметь возможность видеть, что происходит внутри спортивного зала.
Иначе никак не получалось.
— Ты видишь сколько народа пришло на тебя посмотреть? — спросил я у Лешки, когда пришел их черед выходить на ринг.
— Да вижу… — хмуро ответил он, натягивая фехтовальные перчатки. — Только кошек кухонных еще не хватает и Корвина твоего, а так бы вся школа в полном составе здесь была.
— Давай, удачи… — я хлопнул его по спине, и он потопал на ринг.
