— Дуб Темникова! Охренеть можно! — негодовал Шуйский, торопливо шагая в сторону озера. — Какой осел придумал такое название? Один дурак не может нормально заклинание прочитать и в результате из-за побочного эффекта вся школа два дня стоит на ушах… Другие дураки с этого ржут и называют дерево его именем…
— Согласен, — поддержал его топающий рядом Юрасов. — Полный идиотизм. Его бы по-хорошему Компонент на отработки отправил до конца года, а он ему даже пару не влепил.
— Как-же, — усмехнулся Михаил. — Отправит он его, гляди-ка… Темников же у него любимчик… Лучший эликсир получился у Максима! Тьфу ты…
— Все равно мне кажется, что лучше бы мы этого не делали, — подал голос Вильсон, который шел последним, на несколько шагов отстав от своих друзей.
— Чувствую я, узнает он, кто это сделал.
— Да и хрен на него, — сплюнул Шуйский. — Пусть докажет сначала. Да и вообще — как он узнает? Его половина школы терпеть не может, так что кто угодно мог написать на дереве, что он лох.
После этих слов Юрасов и Михаил дружно зашлись в приступах хохота.
— Прикинь, Мишка, теперь это еще и прочитать каждый сможет! — смеялся Осип.
— Ага, — смахнул слезу Шуйский. — Мало того, что сейчас сможет, так надпись там еще и навсегда станется! Пока этот долбаный дуб существовать будет!
— Ахаха! Прикольно ты придумал! — хлопнул его по плечу Юрасов. — До сих пор нарадоваться не могу!
Дуб стоял на том самом месте, где они и рассчитывали его найти, рядом с Борисом, который сидел возле озера и что-то рассказывал дереву.
— Бурррумм… бримм…
Когда парни подошли к ним на расстояние пары десятков метров, конструкт вдруг замолчал, повернул голову к ним и радостно спросил:
— Брурм… бам-бом, Михаил!
— Заткнись, тупая консервная банка, — ответил ему Шуйский, активируя по пути к дереву свой энергетический меч, которым он хотел вырезать нужные слова. — Каким нужно быть идиотом, чтобы до сих пор двух слов не научиться связывать? Идиот!
— Парни, что-то мне не нравится все это… — вновь напомнил им Вильсон.
— Смотрите, этот дуб даже ветками перестал шевелить.
— Так он ими и не шевелил, — сказал Юрасов. — Что ты разнервничался?
— И он как будто смотрит на меня… — сказал Христофор.
— Чем смотрит? Ты что, мухоморов обожрался? — покачал головой Шуйский. — Замолчи и просто стой рядом.
Михаил подошел к дереву поближе и стал прикидывать, где бы на этом огромном стволе выбрать место получше? Так, чтобы всем было видно.
