Явно что-то было не так. Или врезал он им недостаточно сильно, или вся история была придумана на ровном месте.
Хотя, у Михаила на голове была повязка, но я думаю, это скорее для отвода глаз. Не может быть так счастлив человек, которому набили шишку размером с полголовы. Остальные и вовсе даже без повязок обошлись. Вот засранцы… Хоть бы похромали для вида…
В столовке только и разговоров было о том, что вчера произошло. Со всех сторон слышалось: «дуб», «избил», «княжича»…
Само собой, тут же нашлись и те, кто был уверен в том, что я специально натравил дерево на бедного Шуйского, чтобы оно его прикончило.
"
"Мало того, были и такие, кто решил, что я вообще давно хотел все это провернуть. Даже дуб специально для этого и оживил, когда удобный случай представился. Кто бы сомневался, что пара десятков идиотов обязательно найдется.
Единственное, что хоть немного радовало, большая часть учеников все-таки считала, что Шуйский врет специально, чтобы досадить мне. Никого дуб побить не мог, а если что-то такое и вышло, то скорее всего княжич вынудил дерево защищаться.
Ну хоть так… Жаль только, что Бродяге эта поддержка вряд ли чем-то поможет…
После завтрака мы с Нарышкиным пошли в школьный парк и устроились на лавочке, которая стояла так, что мимо нас нельзя было пройти по пути к школьному озеру. Компонент вчера сказал Лешке, что нельзя будет присутствовать при проведении ритуала, но мы надеялись его уговорить дать нам на это разрешение.
Около одиннадцати дня на школьной дорожке показалась делегация из троих человек.
Орлов, Громов и наш алхимик — Щекин.
Все трое шагали в нашу сторону с мрачным видом, чем весьма обрадовали меня. Значит особого удовольствия от происходящего никто из преподавателей не испытывал и это почему-то очень радовало.
— Вы чего здесь дожидаетесь? — спросил у нас Компонент, когда дошли до места нашей засады. — Я же сказал — нельзя! Что непонятно?
— Борис Алексеевич, так нечестно! — возмутился я, глядя при этом на Орлова. — Если я этот дуб чудесным образом пробудил, значит будет справедливо, если и прикончите вы его при мне.
— Темников, что за вздор? — нахмурился Щекин. — Его никто не собирается приканчивать. Просто… Одним словом… Ну в общем…
— Но он же перестанет быть таким, какой он есть? — спросил я не дав ему закончить.
— Во всяком случае, я на это очень надеюсь, — ответил он.
— Максим, это неправильно, когда деревья нападают на учеников, — сказал Орлов, глядя на меня из-под своих темных очков.
