Как будто он ежедневно держит в уме десятки подобных схем, в которых ниточки интриг переплетаются как черви в банке.
— Пфф! Нашел, о чем думать, Макс! — фыркнул Дориан. — Ты научишься так же легко разбираться в этом гадюшнике, уж поверь мне! Просто пока эти вещи не входят в круг твоих интересов, чтобы углубляться в их изучение. Но когда-нибудь ты сможешь лишь по намеку видеть тонкие схемы взаимосвязей.
— Думаешь?
— Уверен, — заверил меня Мор. — С моей помощью, разумеется. Я и сейчас все понял с первых слов Черткова.
Просто ждал пока ты хоть немного мозгами пораскинешь.
Ага, в последнем я точно не сомневался. Кто-кто, а Дориан любил всякие такие штуки. Подумать кто бы и что мог сделать, и кому это может быть выгодно. В отличие от него, я не очень любил интриги. Скучно же… Эх… Чувствую, что еще немного и придется мне к этому привыкать.
— Александр Григорьевич, ну а если Император этому Малиновскому помочь хочет, то почему столько времени ждал? —задал я последний вопрос, который для меня остался непонятным.
— Можно же было сразу помочь?"
"— Угу, — кивнул он. — Вот только тогда из этой всей истории полноценного урока бы не вышло. Император не должен проявлять свою милость слишком быстро в таком случае. С другой стороны, и опоздать будет плохим вариантом. А так, все как нужно получается — Александр Николаевич в конце концов простит Малиновского, ну а тот, кроме всего прочего, еще и излечится от своей болезни гадостной. Как раз в тот момент, когда одной ногой уже в могиле стоит. Ясно тебе?
Да, согласен, так эффект помощнее будет.
Как и благодарность дочери затем Императорскому Дому.
— Вполне.
— Ты что это погрустнел? — спросил он.
— Да вот думаю — как много в этом мире вещей, которые можно было бы и не знать. Вот как сейчас, например.
— Ошибаешься, Темников, — сказал он и начал подниматься со своего стула. — Ты всегда должен знать такие вещи. Нет разницы, что именно ты должен сделать, но причины ты знать обязан. Хотя бы просто потому, что возможно наступит тот день, когда по какой-то причине ты не захочешь выполнять поручение.
— Какое это, например? — оживился я.
— Ну и вопросы ты задаешь… — хмыкнул Чертков. — Проверь, все взял?
— Да вроде бы.
— Тогда начнем потихоньку, — сказал наставник и начал чертить портальный узор на полу.
— Александр Григорьевич, а мы куда?
— Не закудыкивай дорогу, Темников. Скоро все узнаешь. Бери меня за плечо.
Глава 24
Вжух!
Мы оказались в какой-то комнате очень похожей на товарный склад.
