— У тебя не заржавеет! Ну а ты сам чем думаешь на каникулах заниматься?
— Хочу в небольшое путешествие отправиться в Подмосковье. Дня на три-четыре. Может чуть больше. Как пойдет, в общем.
— Что делать будешь?
— Да так, ничего особенного. Отдыхать, природой любоваться… Кстати, дашь мне завтра оптирадиус до конца каникул?
— А что, в Подмосковье без оптирадиуса никак? — подмигнула она. — Или ты через него собрался на природу смотреть? Тебе зачем?
— Надо значит, — ответил я.
— Ну если надо, тогда другое дело, — рассмеялась Полина.
— Дам, конечно, что за вопрос. Ты только смотри там осторожнее на природу любуйся, а то я к тебе уже привыкла… Да и вообще — как я без тебя за третьей частью амулета пойду?
— Уже знаешь где она лежит?
— Пока еще нет, но кое-какие соображения есть. Там места глухие, так что теперь уже все равно нужно будет ждать пока снег сойдет. Видел, что за окном творится?
За окном по-прежнему валил снег… Представляю сколько его за ночь насыплет. Хотя, чего мне беспокоиться? Сегодня только тридцатое, выезжать из Белозерска я собрался не раньше второго января… Как-нибудь разгребутся к этому времени.
— Ну а что там башня? — отвлекла меня от размышлений Лазарева. — Лазил к ней еще раз?
— Угу, — кивнул я. — Лазил. Все так, как ты и говорила, ничего интересного. Просто башня и все.
* * *
Два праздничных дня пролетели незаметно. Особенно тридцать первое декабря. Мне кажется, что я едва успел проснуться и отправиться по делам, как уже пришло время садиться за стол.
Между прочим, дел было выше крыши.
Для начала мы отправились с дедом в магазин, чтобы докупить всякой всячины. Неожиданно позвонил Жемчужников и спросил не будем ли мы против, если он к нам нагрянет Новый Год встречать.
Освободился я лишь к полудню и первым делом поехал к призракам на базу «Теней», которых уже давно не видел. В кои веки они собрались все вместе в одной комнате и проводили время за просмотром телика, рассказывая друг другу как правильно отмечать Новый Год. Они даже гирлянды здесь развесили, надо же.
Вот кренделя.
Понятное дело, что каждый считал свои праздники лучшими. Особенно упорствовал Кастанеда, который был убежден в том, что на его бывшей родине все проходило гораздо веселее.
Они переругивались между собой почти два часа, все то время, пока я был у них в гостях. Но все равно это были классные два часа! Я практически не участвовал в разговоре, но это не мешало мне получать от него удовольствие. Было полное ощущение того, что я знаю этих ребят не один год.
