Кто знает, как сложился бы бой для Соловьева, если бы он не остановился после первого напора и продолжил бы свои атаки? Вместо этого он решил уйти в оборону, а Рахманинов просто дождался удобного момента и расправился с ним.
— Об этом я тебе и говорю, мой мальчик! — разгорячился Дориан. — Эх, как жаль, что я не могу сейчас оказаться на ринге вместо тебя! Я бы в пару минут порубил этого мальчишку в капусту!
— Ну да, как же…
Топ… Топ… Топ… Топ…
— Брум… Бам-Буррррум… Темников… Бум… — громко начал Борис, когда мы подходили с ним к спортивному залу, чем привлек внимание всех учеников, которые еще не успели оказаться внутри.
Снизу тут же раздались крики:
— Темников-чемпион!
— Жалкий позер!
— Ура! Максим!
— Выскочка!
Да, подъехали мы эффектно, что и говорить. Встретили меня тоже с огоньком, так что осталось только достойно провести бой. Чтобы все было совсем хорошо.
Перед спортивным залом Борис спустил меня на землю, и я пошел внутрь, не обращая никакого внимания, на то, что происходит вокруг.
Теперь уже моих болельщиков было явное меньшинство. Те, кто поддерживал Вильсона, теперь вовсю топили за Рахманинова.
Интересное дело… Род Рахманиновых не водил особой дружбы с Шуйскими или Вильсонами, но в поединке между нами большинство болели за Аркадия. Даже забавно, выходит кто угодно, только не Темников?
Да и ладно. Плевать.
Лешка прихрамывая вышел из технической зоны, чтобы встретить меня.
— Ты же не обращаешь внимания на всех этих придурков? — спросил он у меня, когда прямо за нашими спинами кто-то громко проорал, что я жалкий выскочка.
— Вообще пофиг… — соврал я, потому что на самом деле это немного нервировало.
Раньше я как-то проще относился ко всем этим вещам, а в последнее время стал замечать за собой, что начинаю реагировать на подобные штуки гораздо острее.
Какого черта им всем от меня нужно и почему они считают себя лучше меня?
В какой-то момент я понял, что начинаю раздражаться все сильнее и вдруг почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Чертков!
Мы встретились с ним взглядом, на его лице появилось то самое выражение, которое я считал улыбкой, а затем он постучал пальцами по своей голове. Прошло несколько секунд, прежде чем я понял, что он хотел мне сказать.
