Я ненадолго задумался над словами своего друга, прикончил третий стакан компота и решил, что определенная доля правды в его словах есть. Возможно имеет смысл попробовать и отпроситься у Щекина с экзамена.
— Что решил? — отвлек меня от мыслей княжич.
— Похоже ты прав. Нужно отпроситься с алхимии. Со мной происходит какая-то ерунда.
— Ну вот, все-таки умеешь трезво головой соображать, когда успокоишься немного, — обрадовался Нарышкин. — А я попробую выяснить через Дашкову. Может быть, среди девчонок ходит какой-нибудь слушок на твой счет.
— Если что, проклятий на мне никаких нет, — сразу предупредил я его. — Это я бы и сам понял.
— Ну проклятий может и нет, а заговор или ритуальчик какой ты бы и не почувствовал, — сказал он. — Тем более, что на проклятье это и не похоже. Скорее чья-нибудь шалость.
— Ничего себе шалость, что с меня уже вся школа смеется, и пересдача обеспечена! — возмутился я. — Если узнаю кто — я так пошалю, что мало не покажется!
— Это ты потом будешь рассказывать, а пока заканчивай воздух сотрясать.
На тебя вон и без того половина столовки пялится.
— Еще бы они не пялились после Зловещих Балалаек. Я бы тоже с удовольствием посмотрел на такого придурка!
Последнее, что меня занимало, когда я шел в кабинет Компонента, это мысль о самом экзамене. Я уже для себя решил не идти на него и теперь все мои мысли были посвящены другому — как узнать, что за штука со мной приключилась?
Как и в случае с теорией предсказания, как одному из лучших учеников класса, на сдачу экзамена мне полагалось идти в первой пятерке.
Здесь принцип алфавита не работал. Такие в «Китеже» были правила с давних пор.
Самые лучшие шли первыми, экзаменаторы знали об этом и давали им небольшие поблажки в качестве компенсации за потраченные силы на их предмет в течение всего учебного года.
Щекин бросил на нас равнодушный взгляд и кивнул в сторону стола, на котором лежали экзаменационные билеты.
— Прошу к барьеру, — настроение у Компонента как всегда было сложно определить. Но вроде бы нормальное.
— По правилам, каждый из вас имеет право вытащить новый билет, если вам чем-то не понравится попавшийся, но не думаю, что это кому-нибудь потребуется. Вы же все-таки лучшие в этом классе.
— Борис Алексеевич, я бы хотел сразу записаться на пересдачу, — попросил я.
— Темников, ты в своем уме? — удивленно посмотрел на меня преподаватель. — По какой причине ты просишь пересдачу? Мы еще даже не начинали!
— А он не может начать, — хохотнул Шуйский. — У него крыша протекла.
