Онлайн-библиотека книг
Получишь камень, и все договоренности об оружии при этом тоже остаются в силе! – подтвердил Сытин.
Раздался выстрел. Испуганное стадо животных нырнуло в воду. Пацаны добили истекающего кровью побежденного бегемота и бурно обсуждали: кто кому сколько должен.
– Смотри сколько! Гора чистого мяса! – уже довольным голосом сказал Онигминде собеседнику, показывая пальцем на убитого бегемота.
Он махнул рукой одному из подростков. Тот все сразу понял. Молокосос отрезал кусок сырого мяса и принес своему покровителю. Онигминде с улыбкой на лице принялся жевать окровавленный кусок мяса, вытирая выпачканную руку о форму пацана.
"– Оставайся с нами на пикник, дружище! Как говорят у вас по-русски – повеселимся от души!
Сытин проигнорировал предложение Онигминде, глядя на подъезжающую машину.
К бамбуковой хижине подкатил открытого типа грузовой джип. За рулем сидел африканский пацанчик лет четырнадцати. Двое таких же вооруженных подростков вышли из машины и вывели офицера полиции.
– Перебежчика привезли! – комментировал пацанчик, сплевывая сквозь щербатые зубы.
Офицер-дезертир быстро рассказал подробности захвата аэропорта французами. Пояснил и причину своего бегства:
– Я давно не верил в победу властей, а тут и подходящий случай! Я хотел сообщить вам о девушке, сэр!
– Где она?! – возбужденно спросил Сытин.
Офицер рассказал о французском адъютанте из Легиона:
– Этот адъютант увел ее силой! Я нашел вашу дочь и хотел выйти на ваших людей! А он отобрал ее у меня и еще мой мобильный телефон! И около тысячи долларов, сэр! Вы можете найти его по моему мобильнику! Я только вот немного позабыл номер! – беззастенчиво врал он, набивая себе цену. – Могу я рассчитывать на вознаграждение, сэр? Я обязательно вспомню!
Один из пацанов с размаху тяжелым ботинком заехал перебежчику между ног. Тот упал, скуля от боли, а малолетка сунул ему в ухо дуло автомата.
– Где моя дочь? – по-русски тихим голосом спросил он, хоть его и трясло от возбуждения.
– Я вас слушаю! Кто со мной говорит? – невозмутимо отвечал некто по-французски, но с акцентом, выдававшим в нем русского.
– Если с ее головы упадет хоть один волосок, я тебя, сука, урою! Понял? – проорал Борис.
