Черный проводник

— И в каких краях?

— Далеко. Отсель, пожалуй, что и не видать.

Митяй внимательно посмотрел на расстегнутый ворот рубашки. Франт усмехнулся и неторопливо расстегнул её всю.

— Ну?

— И как так тебя понимать, мил человек? — поднял бровь пожилой. — Говоришь ты словеса правильные, ведёшь себя по закону, а про себя сказать не хочешь? Да и наколок у тебя наших нет? И не слышал про тебя здесь никто…

— Одна хата — ещё не вся крытка, Митяй. А что до партачек — не можно мне их иметь.

— Отчего так?

— Жизнь такая… сложная, Митяй.

— А кого из людей знаешь?

— Никиту Пестрого, Валька Тамбовского, Папу Вову… хватит?

Пожилой зэк переглянулся со своими ближними. Двое из них согласно кивнули:

— Есть такие.

— Надо будет — ещё кого-нибудь вспомнить могу.

— Пока не надо. За тебя они сказать могут?

— Без базара. Скажи — Франт кланялся и здоровья желал крепкого. Только так и никак иначе."

"— Скажу, не сомневайся. А пока суд да дело — располагайся! — указал Митяй место на втором ярусе.

Франт недобро усмехнулся. Поискал глазами и, вытянув руку, подтащил к себе кружку, стоявшую на краю стола, около сидевших рядом с пожилым зэком воров.

Хлоп!

Почти никто из присутствующих не заметил молниеносного взмаха руки.

На столе лежала жестяная лепешка неправильной формы, лишь частично напоминавшая кружку.

— Я, Митяй, тоже пошутить люблю…

— Красиво… — невозмутимо кивнул тот.

С нижней койки, неподалёку от окна, вскочил парень и суетливо вскарабкался на то место, которое только что предлагалось новичку.

— Благодарствую, — кивнул Франт, пристально глядя на Митяя.

— Не за что…

После ужина Франт подсел к Митяю:

— На два слова…

— Говори.

— Не при всех.

— У меня от народа секретов нет.

— Сам и решишь после, кому сказать, а кому нет.

Смотрящий окинул собеседника оценивающим взглядом. Ведёт себя спокойно, возбуждения никакого нет… Ладно, посмотрим.

По жесту руки сидевшие рядом зэки встали со своих мест и отошли в сторону.

— Достаточно?

— Вполне. Не веришь мне, Митяй?

— Не верю.

— Всё верно. На первый взгляд так оно и выглядит.

— А что, ещё как-то посмотреть можно?

— Вся байда в том, Митяй, что работал я в основном не здесь.

— И где ж ты трудился?

— Харбин, Берлин… много где пришлось побывать. А там на наколки иначе смотрят, нежели здесь. Китайцы — так попросту перо засадить могут, даже не говоря ни о чём. У них там свои понятия.

— Не слышал.

— Да и я не знал.