"
"Общественность строила самые разные предположения насчет его кончины. Сварила ли Елизавета пса или съела живьем? Большинство сходилось на том, что прикончить бедолагу и впрямь было милосердным делом. А что уж там старуха будет творить с бренными останками, ее проблема.
Через две недели калитка распахнулась, и на лужайку выбежала очень маленькая собачка.
За ней вышла Елизавета.
– Лаврентий, тут не ссать, – недовольно потребовала она. – Под кустик иди.
Маленькая собачка, оглядываясь на старуху, задрала лапу на кустик.
– Соображаешь, когда хочешь, – одобрила Елизавета.
Случившаяся поблизости Алла Игнатьевна нацепила очки и воззрилась на животное.
Оно было меньше пуделя раза в три.
Оно было другого цвета: чисто черного, без всякой ржавчины.
В конце концов, оно было без шерсти!
На следующий день весь город знал, что ведьма Пудовкина завела пуделя и обрила несчастное животное налысо.
Пудель был стар и болен. Он пускал газы, мочился под себя, хромал и горбил спину. Его рвало на Елизаветины ковры.
Его мучил понос.
Старуха притащила к себе ветеринара и четыре часа не выпускала из дома. Уже наблюдатели решили, что ведьма сожрала его, раз с пуделем не сложилось, но тут ветеринар выполз, качаясь, как былинка на ветру.
– Что там, что? – бросились к нему.
– Брокколи… – слабеющим языком выговорил ветеринар и упал лицом в траву.
7– Прикинь, она целый огород для него вырастила. Диету, значит, подбирала.
– Собакам же нельзя брокколи, – перебил Илюшин.
– Если немножко, то можно.
Оказалось, что этот ее Лаврентий за брокколи душу свою блохастую продаст. Ну и она и угощала его по чуть-чуть. Травки какие-то для него выращивала… Уколы делала. Заботилась, короче.
Илюшин помрачнел.
– Жалко пса. Только свезло бедному на старости лет.
– Ты не торопись его жалеть, – ухмыльнулся Сергей. – Я же тебе про наследство еще не досказал.
Макар вскинул бровь. Бабкин выдержал паузу и широким жестом открыл карты:
– Пудовкина оставила дом Григорию Лобанову с условием, что он будет заботиться о пуделе Лаврентии до конца его дней.
– Чьих дней?
– Кобеля. Но вопрос хороший, грамотный. Показывает, что ты понимаешь логику Пудовкиной. Потому что смерть Григория эта ведьма тоже обговорила.
– И кому тогда перейдет пудель? – с некоторой опаской поинтересовался Илюшин.
– Варианты?
– Жене его!
– Ничего подобного. Маргарите Сысоевой, дочери Нины.
– А дом?
– Вот про дом ничего не знаю, – покаялся Бабкин.
