– Гриша не такой уж пропащий, – продолжала Саша, преодолев смущение оттого, что оба очень пристально смотрели на нее и она не могла понять, что означают их взгляды. – Алевтина с ним много лет живет и не жалуется.
– Еще как жалуется! – заверил Бабкин. – Сто раз объявляла, что выгонит Григория, и сдохнет он как собака под забором. Только поэтому и не выгоняет: жалеет.
– Пусть не врет, жалельщица! – возмутилась Саша. – Если не подруги, то уж сестра-то точно Григория к себе возьмет.
– Он к ней сам не пойдет, – подал голос Илюшин.
И Саша тут же поняла, что это правда. Случись что, Гриша не повесит на Нину свою неудавшуюся жизнь, как старое пальто. Уйдет куда-нибудь и будет мучиться, но помощи не примет.
– В общем, грозить разводом Алевтина могла до позавчерашнего дня, – сказал Бабкин. – Потому что через полгода, как выяснилось, Григорий вступит в права наследования. Домишко невелик, но все же свой угол, как-никак. Так что положение Алевтины пошатнулось.
– А завещание стало для всех неожиданностью? – спросила Саша.
– Полной! Меньше всего ждали, что старуха выберет именно Григория на роль наследника. По другой линии, как я понял, есть родственники ближе. Те самые, которые отправили к Елизавете мальчишек.
– А, Ванька с Лешкой!"
"– Их папаша с мамашей, по слухам, очень рассчитывали, что шавловский уютный домик достанется им. Потому и внуков каждый год засылали к Елизавете: чтоб, значит, растопить старческое сердце.
Макар засмеялся, подумав, что родители братьев добились противоположного эффекта.
Двое спиногрызов не из тех ангельских детишек, которые обладают умением растапливать сердца.
– О! У меня идея! – Он вскочил и сделал круг по комнате. Стены послушно раздвинулись, освобождая пространство. Кресло предупредительно подогнуло две выставленные ножки, стол втянул острый угол. Бабкин уже не в первый раз наблюдал этот номер, испытывая зависть пополам с восхищением. Никакой ловкостью Илюшина нельзя было объяснить, что он скачет по десяти квадратным метрам, усеянным столами, креслами, шкафами и прочей рухлядью с таким размахом, словно вокруг стадион.
– Давай твою идею. Мы с Сашей будем ее громить вдребезги.
– Идея такая: родители спиногрызов остро нуждаются в некоторой сумме. Тысяч, скажем, триста. И будучи уверены, что старушонка оставит домик им, подговаривают своих отпрысков устроить встречу Елизавете Архиповне и гному.
– Не всей Елизавете Архиповне, – поправил Бабкин. – Только ее голове.
– Это детали, – отмахнулся Макар.
