Глава 48
Когда он вышел в гостиную, Гилберт уже сидел там на диване и распивал чаи в компании… Клариссы, ну конечно же.
Пришлось глубоко вздохнуть, унимая раздражение, а потом еще и выдавить из себя улыбку.
— Доброе утро. Леди Айрторн, лорд Поллоу.
Гилберт при обращении к нему ощутимо напрягся. Кларисса же расцвела и — Март не мог не заметить, потому что стоял прямо напротив, — поспешила высвободить свою кисть из бледных рук Поллоу.
— Лорд Викандер! — Мало того, она ещё и вскочила с дивана, прижав ладони к вмиг вспыхнувшим щекам.
Мартин едва инстинктивно не отшатнулся. Казалось, еще миг, и эта вечно ищущая покровителя «дева в беде» бросится ему на шею.
— Лорд Поллоу поведал мне, что произошло. — Ладони сменили место дислокации и прижались к груди. — Это просто ужасно! Подумать только, вы могли погибнуть, а мы оказались бы отрезаны от мира!
Если бы взглядом можно было убить, Гилберт бы уже непременно корчился в предсмертной агонии."
"— А можно узнать, что еще вам поведал мой разговорчивый помощник? — уточнил Март так ласково, что у и без того напряженного с момента его появления Поллоу вся кровь отлила от лица.
— Ничего такого, — поспешил заверить он. — Ничего, чего бы не стало известнo другим уже завтра же, — добавил тверже, словно убеждая самого себя и придя к выводу, что нашел-таки годное оправдание.
Негодное, чтоб его!
— Лорд Викандер, не ругайте Гилберта, — девушка немедленно вступилась за этого великосветского болтуна.
Почему так? Только начинаешь думать, что Поллоу — нормальный человек, полезный товарищ, который может помочь, когда это по-настоящему нужно, а потом он отчебучивает нечто такое, за что его хочется прибить?
— Уверяю вас, все, что я узнала, не выйдет за пределы этой комнаты, — продолжала щебетать Кларисса, заискивающе улыбаясь и не убирая ладоней от сердца.
И если раньше этот жест значил: «Ох, как я взволнована», — то теперь явно говорил: «Клянусь, что буду молчать даже под пыткой».
Артисты. Один и второй. Два сапога пара. Зря Гилберт отказался на ней жениться.
— Буду премного благодарен, — процедил Мартин и отошел.
Опустился в свободное кресло и тут же, поставив руку на подлокотник, подпер кулаком тяжелую после такой «веселой» ночи голову.
Кларисса зарделась, будто его фраза означала: «Я вам всецело доверяю, дорогая», — и вернулась на диван к Поллоу. Схватилась за оставленный на столе колокольчик.
— Эй. Есть кто живой?! Принесите чаю нашему гостю!
Звон отразился в висках барабанной дробью.
