Черный список

Если Толик не врет и он действительно узнал одного из них со спины, значит, есть четкая примета. Господи, хоть бы не промахнуться!

— Ну и не верьте. А я его точно узнал. Он ходит как аршин проглотил и поворачивается всем корпусом, будто деревянный.

— Инвалид, что ли?

— Ну… Вроде того. Не инвалид, а как будто покалеченный.

— Ты про которого говоришь? Про молодого или того, который постарше?

— Про пожилого.

— Сегодня их не видел здесь?

— Нет, сегодня не видел.

— Ладно, Анатолий. Поверю тебе на слово. А ты, если хочешь жить спокойно, прими совет: увидишь их еще раз — виду не подавай, что узнал.

Сразу глаза в сторону и спиной поворачивайся. Понял? Твое счастье, если я их быстро найду. А уж если нет, придется братца твоего Никиту за жабры брать, пусть доложит, кому он про свою аппаратуру рассказывал.

Удар попал в цель. Мальчишка брата боялся, это было очевидно. И ему очень хотелось, чтобы я нашел этих деятелей как можно скорее, пока Никита не вернулся из Магнитогорска. Но я решил на него не давить. Пусть думает, что он сам такой сообразительный.

— А если я их увижу, вам сказать?

— Да где ж ты меня найдешь? — усмехнулся я.

— Ну… — Он растерялся. — Хотите, я к вам домой прибегу, если что. Вы где живете?

— На Первомайской, дом 8. Знаешь, где это?

Он кивнул. Лицо его приобрело нормальный оттенок, глаза горели охотничьим азартом. Вот оно, то, что позволит ему чувствовать себя не последним человеком в своей компании. Конечно, сейчас он прибежит к ним и с пеной у рта будет взахлеб рассказывать, какое важное и ответственное поручение ему дали.

Дядька с Первомайской, 8, выслеживает двоих преступников. И он ему помогает.

— И еще одно, Анатолий. Ты в своих друзьях полностью уверен?

— Да, а что?

— Не может так случиться, что среди них есть тот, кто навел этих двоих на тебя? Ты сейчас ребятам все расскажешь про наши с тобой дела, а кто-то из них побежит к тем двоим и доложит, что ты их выдал. Не боишься, что так выйдет?

— Я что, больной — всем рассказывать? — презрительно скривился Толик.

 — Они же не знают, откуда у меня деньги.

— А в самом деле, откуда? Что ты им сказал?

Толик смутился.

— Ну… Это неважно. Но я не говорил, что это за аппаратуру. Те мужики меня предупреждали, чтобы я не трепался. В смысле, чтобы Никитке потом никто не стукнул. Он мне строго-настрого запрещает его вещи трогать.

— Балда ты, Толя, — в сердцах произнес я. — Можно подумать, этим мужикам так уж важно, чтобы тебе от брата не влетело. Да плевать они на это хотели.