Черный список

Вообще-то ее звали Людмилой, но Алик с самого начала называл ее Кукла, а вслед за ним это слово стал повторять и их сынишка, но, поскольку с дикцией у малышей не всегда обстоит благополучно, вместо «куклы» получилась «кука», и этот вариант закрепился намертво как в семье, так и среди их общих друзей. Кука ужасно мне обрадовалась, потому что была очень внушаемой и полностью разделяла страхи своего музыкального супруга относительно моей безопасности."

"— Владинька, у тебя все в порядке? — возбужденно закричала она.

— Естественно.

— Спит. Разбудить?

— Разбуди, пожалуйста, — попросил я, сгорая от нетерпения.

Жетоны один за другим проваливались в ненасытное чрево автомата, пока Кука будила Лилю. Наконец я услышал ее голосок:

— Папа?

— Привет, котенок. Как ты?

— Хорошо.

— Не скучаешь?

— Нет, здесь книжек много.

— Отлично, молодец. Котенок, у меня к тебе очень серьезный разговор.

— Про тетю Таню?

— Да нет же, не про тетю Таню. Помнишь, мы несколько дней назад обедали, а ты за столом читала журнал, «Вестник кинофестиваля», и спрашивала меня, кто такие Олег Юшкевич и Виктор Бабаян? Помнишь?

— Помню.

— А почему ты спрашивала именно про них? Ведь в журнале было много разных фамилий. Почему ты обратила на них внимание? Постарайся вспомнить, котенок, это очень важно.

— Я эти фамилии видела на бумажке.

— На какой бумажке?

— У дедушки.

— У какого дедушки?! — заорал я в трубку. — Лиля, пожалуйста, перестань дурачиться. Это очень, очень серьезно.

— Я не дурачусь. — Голос у моей дочурки стал обиженным и дрогнул.

— И ты заглянула в эти листочки?

— Да. А что, нельзя было? — испуганно спросила Лиля.

Одной из немногих вещей, которые милицейскому папаше удалось накрепко вбить в голову своей дочери, был категорический запрет брать чужое. И Лиля панически боялась сей запрет нарушить. Но мой ребенок был все-таки неисправим: стоило ей увидеть буковки, она тут же начинала складывать их в слова.

— И что было в этих листочках?

— Фамилии.

— Какие фамилии? Сколько?

— Много, папа, я не помню.

— И среди них были фамилии Юшкевич и Бабаян?

— Да. Я потому потом и спрашивала.

— Котенок, напрягись, пожалуйста, сосредоточься и вспомни, какие еще фамилии там были.

— Я забыла, — произнесла она упавшим голоском. — Я же не знала, что нужно запоминать.

— Ибрайбекова. Была такая фамилия?

— Не помню.