Ему так нравилось, когда она распахивала дверь и кидалась ему на шею. Сердце сладко и радостно замирало.
– Глеб! Наконец-то! Ты голодный?
– Как зверь!
– Иди мой руки!
– А мы что, вдвоем ужинаем?
– Ну да! Аська у отца, а Леня в консерваторию пошел.
– Хорошо! Родная моя!
– Садись! Суп будешь?
– Погоди! Дай на тебя насмотреться…
Он взял в ладони ее лицо.
– Ну вот, а теперь корми мужа! А какой суп?
– Грибной, по рецепту Женькиной жены.
– Что-то новенькое?
– Да. Вот, попробуй! И положи сметану!
– Ох, и правда, как вкусно! А ты почему не ешь?
– Не хочется.
– А ты почему так на меня смотришь?
– Знаешь, это такое счастье – кормить любимого мужчину… У меня вчера была писательница Мельгунова. У нас хороший разговор получился… Так вот она сказала, что в ее первой книжке редактор самовольно поменял ей слово «кормить» на слово «угощать», а речь шла именно о любимом мужчине… И смысл не только этой фразы, а всей сцены исказился, из-за одного слова… Она сказала, что, обнаружив это в книге, горько плакала…
– Она права.
Одно слово так все может поменять. А в целом удачная была съемка?
– Очень! Мне было легко и приятно с ней общаться, зато Каратаева всю душу из меня вытянула. Чуть что в слезы. И об этом говорить не хочу, и об этом не желаю… И жалко ее, с одной стороны, а с другой… Зачем шла на интервью? Понимала же, что вопросы будут непростые… Хорошо еще, это была последняя съемка вчера…
– Ты вчера ничего не говорила.
Просто сил не было?
– Не было, Хлебушек, не было.
Он рассмеялся.
– Мне так нравится, что Аська меня Хлебушком зовет. Да, я вот тут подумал… Насчет ее музыки. Может, стоит показать ее какому-нибудь опытному педагогу? Мало ли что Леньке померещилось, а мы девчонку зря мучить будем?
– Почему зря? Во-первых, она жаждет, а во-вторых, ты не доверяешь своему сыну?
– Ну… Доверяй, но проверяй, этого еще никто не отменял.
– Глеб, но ведь Леня не утверждает, что у нее абсолютный слух, и готовить из нее музыканта мы тоже не собираемся.
А вот позаниматься музыкой для развития слуха и для общего развития очень даже полезно.
– Ты как всегда права!
Тут в дверь позвонили.
– Аська!
Наташа побежала открывать.
– Мамуля! Это я!
– Тебя папа привез?
– Да! Сказал, что спешит, посадил меня в лифт и ушел. А Хлебушек дома? Тут ему конверт, в ящике лежал!
– Настасья пришла? – донесся из кухни голос Глеба Витальевича.
