– Ничего не понимаю!
– Да иголку-то эту я где обнаружила?
– И где же?
– Да в спальне вашей над кроватью картинка шелковая висит.
– И что?
– Да я ее тряпочкой мягонькой протираю, а тут иголка мне в руку впилась… Я сколько раз там протирала и ничего. А тут… Ох, плохо это. Кто-то порчу на вас наводит…
– Да ну, ерунда! Может, просто…
– Ох, Натуля, непросто это, совсем непросто. А еще вот что я нашла в кабинете Глеба Витальича в мусорной корзинке. Скажете, что это он вашу фотку так изодрал? И рамку в щепки…
На столе Глеба всегда стояла Наташина фотография в изящной рамке.
– А может, это он сам… – растерянно проговорила Наташа. – Рассердился на меня… И порвал…
– Вы-то сами в это верите, Наташа?
– Честно говоря, нет, не верю.
– Вот и я о том же… А давайте, Наташа, все обыщем, мало ли что еще… Я у Аси-то еще не убиралась.
Наташа опрометью кинулась в комнату дочери. Нина Филипповна поспешила за ней. Одну иголку Наташа обнаружила в любимом вязаном коте, она была воткнута в кошачий хвост.
Еще одна нашлась с обратной стороны картинки над письменным столом.
– Боже, что делать? Кто это старается?
– Есть одна мысль, Наташенька!
– Какая мысль?
– Да самая простая. Бывшая Глеба Витальевича. У нее небось ключи-то есть. Да и консьержка ее всегда пустит… Вы тут небось замки-то не меняли?
– Кажется, нет.
– А вы в Лёнечкиной комнате гляньте, ежели там ничего нет, значит точно она.
В Лёниной комнате и впрямь ничего не обнаружилось.
– Ну что ж, по крайней мере все ясно.
Я сию минуту вызываю слесаря, пусть поменяет личинки. Глебу ничего говорить не будем. Он когда приходит, звонит в дверь, а я незаметно ключи ему подменю. Зачем его огорчать?
– Ох, и любите вы его!
– Люблю, – тяжело вздохнула Наташа. – Но мне сейчас уже пора ехать, а вы обыщите в кабинете все.
Наташа позвонила в фирму, ей пообещали в ближайшие часы прислать слесаря.
– А вы ничего и не поели, Наташа!
– Да мне сейчас кусок в горло не полезет.
Только этого не хватало. Наташа не очень верила в сглаз и порчу, но то, что эта баба расхаживала по квартире, да еще явно со злым умыслом… И ладно бы еще только нам с Глебом хотела напакостить, но она и ребенка не пощадила.
Жаль, что я неверующая, а то пошла бы к батюшке, попросила прогнать бесов… Ей самой стало смешно. Я-то во все это не верю, а эта идиотка верит. Не стану же я из-за гнусной бабы портить себе жизнь! Еще чего! Не дождется!
И она поехала на работу.
Следующий день был съемочный.
