– Шуточки!
– Этот кот… – затараторил повар, снова стаскивая свою форменную куртку. – Это не кот, это натуральный бандит пополам с террористом! От него одни неприятности! Только и следит, пся крев, где что плохо лежит! И ведь знает, подлец, что тащить! Он ведь, мерзавец, ни за что сосиски «Школьные» не возьмет, знает, что в них ничего нет, окромя бумаги! Он ведь непременно говяжьи сардельки оприходует, потому как в них мясо натуральное! Нет, все, больше я в таких условиях не могу работать, непременно увольняюсь! Перехожу в интернат для трудновоспитуемых, там гораздо спокойнее!"
"– А ведь говорил я, – подал наконец голос старший представитель МЧС, – говорил я, что ложный вызов! Ведь из десяти вызовов восемь – непременно ложные… Лопатин, саперы отменяются, без них обойдемся!
Едва Лола и Маркиз успели спрятаться за штору, как дверь кладовки открылась, и в нее протиснулась необыкновенно толстая и приземистая женщина среднего пенсионного возраста в синем сатиновом халате и с ярким пластмассовым ведром в руке.
– Тут все мое, и мы, и мы отсюда родом… – напевала уборщица, входя в кладовку и оглядываясь по сторонам.
– А чтой-то она сегодня и дверь не закрыла? Ну, мне-то оно без разницы…
Она поставила ведро на пол, подошла к груде бытовой техники и уверенно вытащила из нее новенькую соковыжималку.
– Во, хороший подарок будет для Николаевны! – удовлетворенно проговорила уборщица и уложила соковыжималку в ведро. Накрыв ее сверху тряпкой, она уже собралась покинуть кладовку, но в этот момент Маркиз выскочил из-за шторы и коршуном набросился на ничего не подозревавшую женщину.
– Капитан милиции Несгибайло! – выпалил он, сунув под нос уборщице красную книжечку удостоверения. – Значит, кража личного имущества? Статья сорок шестая, пункт восемь-б…
– Ой, напугал! – взвизгнула уборщица, пятясь. – Ой, сейчас сердце выскочит! Какая еще кража?
– Обыкновенная, причем, полагаю, совершенная повторно, а это уже пункт восемь-д, за это больше дают…
– Да какая же это кража! – запричитала уборщица. – У нее тут этого добра навалом, ей родители несут и несут, она уж не знает, что со всем этим делать! Если немножко взять, она и не заметит…
– Точно – повторная кража! – поддержала своего компаньона Лола, также выбравшаяся из-за шторы.
– Да какая кража… – ныла уборщица. – Это я для сватьи своей, для Николаевны… день рождения у нее, а без подарка как-то нехорошо, не по-людски…
– А воровать – по-людски?! – наседал на нее Маркиз. – Фамилия?
– Огурцова я! – призналась уборщица.
