Чертова баба

Там, говорят, какая-то работа для него нашлась — на пастбищах, кажется… — В Аргентину? Далеко! — вздохнула Светлова.

— Очень! — согласилась золовка.

""Вот оно как бывает, — думала Светлова, попивая столь хорошо заваренный золовкой чай «Ахмад». — Забудут в семье про какого-нибудь старого знакомого, друга, бедного родственника…. Не вспоминают и не вспоминают! А вот когда смотришь эти старые снимки, пачки фотографий, залежавшиеся в сундуках, и альбомы, давно не открывавшиеся, вдруг и мелькнет где-то на заднем плане некто пожелтевший от времени… забытый…

А ведь «Лидочка» производила впечатление человека, у которого нет своей жизни.

Но она у нее, оказывается, есть, эта своя жизнь. Есть сын. Правда, сын этот уехал.

Все, что угодно… Но предположить, что всего два года назад Лидия Евгеньевна пережила такое расставание? — изумлялась Светлова. — Ведь это должно было выбить ее из привычной жизненной колеи, уничтожить, расстроить во всяком случае… Пять лет — срок, который нужен человеку, чтобы немного оправиться после потери близкого.

Так считают психологи. Ну, допустим это, конечно, не смертельно — отъезд в Аргентину, но все-таки… Человек уехал на другой край света, навсегда и, в общем, без шансов, что мать и сын еще когда-нибудь увидятся. А Лидия Евгеньевна, судя по довольному виду, цветет и пахнет…

Но может, это вообще все ради него? Ради того, чтобы его вернуть домой?

Что уж там, на этих пастбищах… несладко ведь. Она ведь, конечно, хочет сына увидеть… А для этого нужны деньги.

Вот она и доит Погребижскую. Потакает ее сумасшествию Потому как, может, писательница и сумасшедшая и с ножиком бегает, особенно за журналистами а книжки выходят! Поэтому Лидия Евгеньевна и читает с такой радостью ее новые произведения. Новые сказки — новые бабки…""

— А у вас нет еще фотографий Стасика? — поинтересовалась Анна с надеждой в голосе у золовки. — Других? Где он уже взрослый?

— Кажется, есть, — Елизавета Львовна достала еще один альбом. — Ага…

Вот… Взгляните! Вот тут он уже взрослый.

Светлова взглянула на фотографию — и ахнула…

Глава 23

Объявление приглашало тех, кто «хочет поработать в Аргентине».

В маленькой конурке в старом здании с запутанными бесконечными коридорами — никого, кроме парочки молодых людей со скользкими взглядами.

Турфирма «Августин».

— Неужели правда работа на высокогорном ранчо? — поинтересовалась Анна у одного из «Августинов».

— О, да, на высокогорном ранчо! — убежденно воскликнул молодой человек.