Ушаков не хочет, чтобы нас видели вместе.
Интересно, почему?
Просыпается предчувствие, как у матёрого волка. Только вот оно не совсем дурное, скорее наоборот я ощущаю азарт и прилив крови в голову, как у того самого волка перед охотой.
Любопытный спектр эмоций.
Я смотрю на котёнка, тот не доел сосиску и отрубился лапками кверху в шапке-ушанке, и сейчас смотрится так, словно проглотил мячик, так ровно и кругло торчит полосатое брюшко.
Забавный.
Подумав, пренебрегаю костюмом, отдав предпочтение джинсам. Рубаха чёрная и чёрный джемпер.
Приглаживаю изрядно отросшие светлые волосы, смотрю в зеркало.
Отлично. Внешность среднестатистическая, похож на задрота.
Можно было бы служить в разведке, настолько непримечательно смотрюсь, что затеряться в толпе нет проблем.
У меня даже очочки имеются с простыми стёклами, в них я выгляжу, как преподаватель университета. Для полного «фарша» этого образа, беру с собой небольшой старый дипломат и, переступив, робот-пылесос, выхожу в прихожую. Как раз вовремя, потому что на пороге появляется Никита.
Мокрый насквозь, с улыбкой до ушей.
Да, наверно, не стоило ребенка гнать в дождь за глистогонными и наполнителем для кота. Какой-то я неправильный отец…
— Она спит, поэтому вначале прими горячий душ, волосы высуши, одежду новую надень, эту кинь стирать, пальто на плечики и над батареей, кроссовки,— я смотрю на его обувь.
Крепкие, заразы. Правильно, нужно парням хорошие вещи покупать. Кит без приказа в кроссы суёт сушилку для обуви, и белая ткань тут же начинает светиться голубым светом.
— А ты куда в таком виде?
— На деловую встречу, — копаясь в гардеробе, неохотно отвечаю я.
Нахожу старое замшелое пальто и накидываю на плечи. Авось, не треснет. Его еще дед мой таскал.
К этому убогому наряду идёт мрачно-дегтярное кашне тоже родом из прошлого века. — Позвоню, если задержусь. Действуй с ней по инструкции. Она сытая, так что не корми. Если пережрет, может стошнить. Убирать сам будешь.
— Бать, она же кот, — смеется Кит и, не удержавшись, трогает аккуратно, пальцем, пушистое брюшко сыто сопящего котенка.
Я замираю. Действительно… Чего это я? Старею, наверно. Растерялся, не уловил, не сосредоточился. Видимо, Ушаков привёз мне нечто действительно серьёзное, раз голову забивает предчувствием настолько, что кота кошкой обзываю в задумчивости.
— Но это мы ещё посмотрим, когда он вырастет, может, он по характеру - баба, — перевожу всё в шутку, хлопаю своего парня по плечу и спешно выхожу из квартиры.
