– Почему мы так быстро сменили тему с того, где застрял твой член? – спокойно спросил Кэмден.
– Спасибо, Золотой мальчик. Почему бы тебе не скормить меня львам? Или надавить на голову, когда я буду тонуть? – усмехнулся Ари, посмотрев на Линкольна, который вновь принялся за штангу. – Надеюсь, эта штанга упадет тебе на голову.
– Это же из «Незваных гостей», – фыркнул Логан и снова подпрыгнул. – Может, придумаешь что-то свое, Ланкастер?
Ари ухмыльнулся, выглядел он зловеще.
– Может, забьешь гол, Йорк?
Мы все рассмеялись, когда Логан показал нам средние пальцы на обеих руках.
– Почему мы зовем Уолкера «Большим папочкой»? – полюбопытсвовал Кэмден и поднял голову.
– Прости, Кэмден, но твой период «Большого Папочки» уже прошел и перетек в «Большого дедушку», – со всей серьезностью сказал Логан.
Кэмден вздохнул и снова закатил глаза.
– Мне всего 31, придурок. Я определенно все еще могу быть «Большим папочкой»!
– Если я не увижу, что вы, засранцы, в следующую секунду не начнете обливаться потом, будете выполнять упражнения на льду, пока не вырубитесь от усталости, – рявкнул тренер по силовой подготовке и выносливости, когда вышел в тренажерный зал из своего кабинета.
– Что это за… сраный час сплетен?!
Ари подмигнул мне и одними губами прошептал «Б. П.» и начал поднимать тяжесть, а я фыркнул.
Я бы хотел остаться Диснеем, большое спасибо.
Хотя Ари был прав в одном… Я собирался стать «папочкой».
* * *Я суетился на кухне, смешивал фрукты и овощи в смузи для Оливии.
Я читал, какие лучше всего использовать, и это была смесь для «гидратации» во время беременности. На фоне был включен Моцарт, потому что недавно я вычитал, что младенцы могут слышать музыку в утробе матери и, предположительно, классическая музыка помогает развитию их мозга.
Я был почти уверен, что Тейлор Свифт повлияла бы так же, но, несмотря на это… не хотел уничтожить все свои старания.
Налив смузи в высокий стакан, я отнес его на бар, где она сидела и наблюдала за моими действия с ошеломленным выражением лица.
– Вуаля, вот и все, принцесса, – я хохотнул легким и дразнящим тоном.
Она напряглась, стоило этим словам вылететь из моего рта. Краска сошла с ее щек, Оливия опустила глаза на смузи и посмотрела на него так, будто в стакане был яд или что-то типа этого.
– Оливия? – пробормотал я. – Милая, ты в порядке?
Нервы скрутило в узел, когда я осознал, что она мыслями сейчас не здесь.
