Их столик располагался в центре теннисного корта, над которым был натянут тент, и Катерин все поглядывала на вход в ожидании белокурого незнакомца. Но он не появился.
Стивен развлекал сидящих за столом забавной историей, но Катерин никак не удавалось сосредоточиться. Стивен снова обратил внимание на ее отсутствующий вид, как будто она кого-то ищет, и вскоре, заметив возбужденный румянец на ее лице, понял, кого она ждала. Высокого блондина, несомненно, очень красивого. Стивен почувствовал укол ревности.
Катерин выпила несколько бокалов вина и теперь желала танцевать.
Уже давно она не чувствовала себя так раскованно. С задорной улыбкой она через стол протянула руку Стивену.
– Послушай, это фламенко, – сказала она. – Пойдем?
И вот, под опьяняющую музыку трио «Лос Парагвайс», они со Стивеном принялись отплясывать бурный фламенко. Катерин чувствовала легкость в голове, когда Стивен, обняв ее, кружился с ней по площадке. Откинув голову с развевающимися черными волосами, она заливалась смехом.
Она не думала ни о чем, кроме четкого ритма музыки и дикого темпа танца.
Забыла о репортерах светской хроники, уже пишущих ее профессиональный некролог, или разговорах в Голливуде о том, что ее карьера катится под откос. Не вспоминала, что ей уже сорок три, что она здесь одна из самых старых женщин. Она ощущала себя молодой и живой, ей все позволено. Когда музыка смолкла, все захлопали, а Стивен откинул Китти назад в классической позе танго. Словно работая на галерку, она игриво выгнула спину и в этот момент краем глаза заметила высокого незнакомца-блондина.
Он стоял в дверях, уставившись на нее. Она понимала, что грим на лице смазался, волосы растрепались, лоб в бисеринках пота, но это ее не волновало. Попросив Стива принести им по бокалу шампанского, она направилась было через танцплощадку, но тут заметила, что около незнакомца возникла Элеонор, взяла его за руку и повела из комнаты.
Вернулся Стив с шампанским.
– Ты, верно, умираешь от жажды, – заметил он.
– Еще бы. – Катерин отпила глоток, а потом осушила бокал полностью.
Шампанское показалось ей нектаром. Обычно оно возглавляло ее список запретных вещей, потому что от него опухаешь.
– Никогда бы не подумала, что ты не хуже Джона Траволты.
Глаза у Катерин сверкали, щеки разрумянились, и Стиву она казалась удивительно прекрасной.
– Хочешь еще потанцевать?
– Обязательно, – согласилась она. – Мне ужасно нравится оркестр. Кстати, кто тот мужчина с Элеонор?
– Какой мужчина? – спросил Стив.
